от всего этого стало просто тошнить.
Вы мне надоели. Сделайте милость,|доведите свою работу до конца.
Дорогая, вы умеете обращаться с оружием?
Вы можете меня научить.
Полагаю, скоро вы проголодаетесь.
Возможно, у вас есть английский пластырь|для моего пальца?
Он ужасно кровоточит.
- Но что будет с нами?|- Не знаю.
Мой друг Гарри любит красивых женщин;
он будет о вас заботиться. Идёмте.
Если бы у вас были бананы или огурцы,|я могла бы вам что-то приготовить.
А в это время...
Столько дверей, сколько вы пожелаете, и за|ними вас ожидает то, чего вы как раз ищете.
Вам часто очень надоедала ваша жизнь.|Вы стремились уйти отсюда, не так ли?
Вы мечтаете о том, чтобы покинуть это|время, этот мир, эту действительность...
Закат Европы. Цены снижены.|Всё ещё вне конкуренции!
...и войти в другую, более соответствующую|вам действительность, в мир без времени.
Наслаждение от самоубийства!|Ты доконаешь себя смехом.
Хотите превратиться в дух?|Мудрость Востока!
Камасутра - курс для начинающих.|Ступени страсти:
любовь глаз, соединение сердец,|преодоление скованности.
- Столько дверей, сколько вы пожелаете.|- Любовь глазами, ушами, языком,
любовь жеребца, кота, слона, голубя,
петушиная, соловьиная, фазанья любовь,
радужная, солнечная, апельсиновая,|гранатовая любовь...
Пабло?
Кто вы такой?
Я никто.
Я шахматист. Желаете взять урок
построения личности?
- Да, пожалуйста.|- Тогда дайте мне десяток-другой ваших фигур.
Моих фигур?..
На которые распадалась ваша так называемая|личность. Ведь без фигур я не могу играть.
Какая из них - вы?
Неверно. Вы - это вся игра.
Расщепление единства личности на множество|считается сумасшествием. Это шизофрения.
С этим нужно смириться.
Смотрите!
Как называется эта игра?
Жизнь. Ваша жизнь.
Тому, кто изведал распад своего "я",|мы показываем,
что куски его он всегда может|в любом порядке составить заново
и добиться тем самым бесконечного|разнообразия в игре жизни.
Гарри?
Господи, что ты тут делаешь?
- Боже мой, ты так сильно поранился.|- Да...
Бедный, дорогой Гарри! Я всегда спрашивала|себя, что же из тебя может получиться...
Все эти годы...
Ты совсем не изменилась, Роза.
В последний раз, когда мы виделись,
в тот весенний день, ты так|и не заговорил со мной...
Я очень хотел этого,|поверь мне, я собирался!
Но на меня нашёл такой страх,|мне было всего 15 лет.
- Моё сердце так билось...|- Да? Действительно?
Я плакала во сне всю ночь...
А потом я начала забывать... Но полностью|всё забыть мне так и не удалось.
Но ты совсем не знала меня.
Я мог бы тебя уничтожить, поверь мне,|Роза. Поверь, во мне иногда
загоралось что-то ужасное...|Такие страшные порывы...
Было бы лучше, если бы ты|позволил мне самой решать.
Все женщины твои!
Я всегда мечтала иметь от тебя ребёнка.|Я была у тебя первая,
я дала тебе поцеловать мои груди|и испить чашу радости.
Я была так доступна, я могла|насытить голод пола, но ты...
Ты простоял рядом со мной четверть часа|у окна в коридоре скорого поезда,
я научила тебя небывалым, пугающим,|смертельным искусствам любви.
Я надеялась, что ты будешь|не таким, как остальные...
Гермина!..
Гермина!
Итак, до встречи... Приятных сновидений.
Ничего страшного, сохраняйте спокойствие.
Гермина!
Но я тоже нуждаюсь в тебе.
Но я тоже нуждаюсь в тебе... для чего-то|прекрасного и очень важного.
И это будет моим последним приказом.
Ты убьёшь меня.
Моцарт!..
Видите, можно обойтись и без саксофона.
Хотя я, конечно, не хочу обижать|этот замечательный инструмент,
что само собой разумеется.|- Где мы?
Мы в последнем акте "Дон-Жуана".
Лепорелло уже на коленях.
Превосходная сцена,|да и музыка ничего, право.
Хоть в ней ещё и много очень человеческого,|но все-таки уже чувствуется
потустороннее, чувствуется этот смех.|- И совершенство, и сила.
Это последняя великая музыка,|которая была написана.
Не напрягайтесь, прошу вас.|Вы ведь, наверно, сами музыкант?
Ну так вот, я бросил это занятие,
я ушёл на покой. Достаточно уж этих|представлений-