что Вы тратите деньги.
Деньги существуют для того,
чтобы их тратить.
- Разрешите снять бурку?
-А если я скажу нет?
Тогда я посижу в бурке всю ночь
у Ваших ног.
-Армейский комплимент, Шервинский.
- Виноват, это гвардейский комплимент.
-Здравствуй, Студзинский!
-Леонид Юрьевич!
-Александр Брониславович, очень рада.
- Елена Васильевна, мое почтение.
Всем! Если завтра Петлюра приползет
в город, надо будет драться.
Нужно всем идти в мортирный дивизион.
Мышлаевский! Ушел в эту дурацкую
дружину,
на этот дурацкий рубеж обороны
генерала Белорукова.
Глупо! Сгеройствовал. Поспешил.
Где он теперь?
Черт знает, может, убили под городом.
В слободке.
- Мышлаевский здесь.
-Здесь?
- Виктор... жив?
- Мое почтение, капитан.
Почему в чалме?
Слава Богу, я к командиру.
Капитан Студзинский, разрешите.
Кстати, очень кстати. Прошу.
Разрешите?
Я так рад, что Вас увидал.
Я так давно Вас не видел.
Если не изменяет память,
Вы были у нас вчера.
'' - Что значит в наше время ''''вчера''''?''
Кто же уехал? - Владимир Робертович.
- Он сегодня должен был вернуться.
- Он вернулся и опять уехал.
- Куда?
- Какие дивные розы!
- Куда?
- В Берлин.
В Берлин? Надолго?
- Месяца на два.
- На два месяца?!
Печально. Я так расстроен.
- Пятый раз целуете руку.
- Я, можно сказать, подавлен.
Боже мой, но ведь это же....
Это ведь... Ура!
Демона!
Он далеко, он не узнает.
Единственное, что у Вас есть хорошего -
это голос.
Ваше прямое назначение -
это оперная карьера.
Да, кое-какой материал имеется.
Я однажды в Жмеринке пел эпиталаму.
''Там вверху ''''фа'''', как Вам известно,''
''а я взял ''''ля'''' и держал 9 тактов.''
- Сколько?
Семь тактов держал.
Напрасно Вы не верите.
Там была графиня Гендрикова.
''Она влюбилась в меня после этого ''''ля''''.''
- И что же было потом?
- Отравилась. Цианистым калием.
Ах, Шервинский, это у Вас болезнь,
честное слово. Идите к столу.
Позвольте познакомить. Старший офицер
дивизиона капитан Студзинский.
А это месье Суржанский,
вместе с ним купались.
Кузен наш из Житомира.
Его императорского величества,
лейб-гвардии уланского полка
и личный адъютант гетмана
поручик Шервинский.
Вы не приходите в такое отчаяние.
Бывший лейб, бывшей гвардии, полка...
- По какому случаю пир, позвольте узнать?
- Последний ужин дивизиона.
- Стало быть, он уехал, а Вы остались?
- Помолчите, Шервинский.
-Леночка, водки выпьешь?
- Нет. - Тогда белого вина?
- Я, собственно, водки не пью.
- Как Вы селедку без водки будете есть?
Абсолютно не понимаю.
Я тоже не пью, но одну рюмку.
Душевно Вам признателен.
Давно я водки не пил.
Господа, здоровье Елены Васильевны.
Ура!
Тише, весь переулок разбудите. И так
твердят, что у нас каждый день попойка.
- Освежает водка, не правда ли?
-Да, очень.
-Умоляю, еще по рюмке.
- Не гони особо, Виктор. Завтра выступаем.
И выступим!
- Скажите, что с гетманом?
- Все обстоит благополучно.
Какой вчера ужин был во дворце!
200 персон, рябчики,
гетман в национальном костюме.
Говорят, немцы оставляют нас
на произвол судьбы?
Не верьте никаким слухам,
Елена Васильевна.
Глубокоуважаемый Виктор Викторович,
я ведь, собственно, водки не пью.
- Стыдитесь, Ларион.
- Стыдитесь.
Покорнейше благодарю.
Никол, не налегай на водку.
Извините, господин полковник,
я белого вина.
Как Вы ловко ее опрокидываете,
Виктор Викторович.
Достигается упражнением.
Лена, золотая, пей белое вино,
радость моя,
рыжая Лена, я знаю, отчего ты так
расстроена. Брось, все к лучшему.
Кому чару пить,
Кому здраву быть.
Пить чару,
свет Елене Васильевне.
Пить чару,
свет Елене Васильевне.
Леночка, милая,
выпейте, выпейте.
Пей до дна, пей до дна...
П-ей до-о дна!
Боже мой, что они делают!
Три часа ночи!
- Я жаловаться буду.
- Наконец-то!
Ты замечательно выглядишь сегодня.
И капот этот идет к тебе.
Гляньте, какой капот,
совершенно серый.
Это платье, Витенька,
и не серое, а зеленое.
Господа, не красивая она женщина,
скажете?
Елена Васильевна очень