Хорошего тебе дня.
Парень, ты видишь там яйца?
Они немного резиновые.
- Я не знаю, парень.
- Парень, я не вижу.
Шед, что случилось?
Что случилось?
- Помогите мне.
- Ты в порядке?
- Помоги ему.
- Кто это сделал?
Их кто-нибудь видел?
Садись в автобус.
Посмотри на меня.
Кто это сделал?
- Мы никуда не поедем!
- В автобус! Все в автобус!
- Что, все?
- Двигай.
- Я бы убил белого сегодня.
- Никто никого убивать не будет.
- Я буду носить с собой нож.
- Покажешь нож, они застрелят тебя.
Что же нам делать?
Сидеть сложа руки?
Мы не можем жить по законам
Лютера Кинга. Что ты хочешь от нас?
- Подставить другую щеку?
- Нет, мы все продумаем.
Когда поедем на юг,
будем ходить группами.
Будем следить друг за другом,
всегда будем начеку.
Тебе нечего стыдиться. Такое
могло произойти с любым из нас.
Точно, поодиночке они нас больше
не встретят. Обещаю вам это.
Если нападут на одного,
им придется драться со всеми.
Мэри?
Уже очень поздно, Дон.
Почему ты не позвонил?
Сейчас очень опасные времена...
- Давай я разогрею ужин.
- Детка, в чем дело?
- Это быстро.
- Мэри, поговори со мной. В чем дело?
В чем дело?
В чем дело, милая? Что это?
ЛЮБИТЕЛЬ ЧЕРНОМАЗЫХ,
ТЕБЕ ЛУЧШЕ ОСТАНОВИТЬСЯ
ХВАТИТ ВЫПУСКАТЬ ЧЕРНЫХ В ИГРУ
- Эта первая?
- Нет.
Я выкинула остальные.
- Почему ты не рассказывала?
- Я не знаю.
Семья - это главное для меня. Как я
смогу вас защитить, если ты молчишь?
Дон, баскетбол был всегда нашей
жизнью. Но это всего лишь игра.
Не знаю, стоит ли она риска.
И я не знаю.
Но это уже не только игра.
И я не могу отступить.
Раньше ничего меня не волновало.
Как будто никаких проблем и не было.
Мне было на все наплевать.
А теперь нет, и это пугает меня.
Я не хочу ничего терять.
Малыш.
Потерять можно все.
Но никто не отнимет у тебя то,
к чему ты стремишься. Никто.
Никогда.
Знаешь, иногда кажется, что я
никогда не смогу выйти на площадку.
Слушай, ты не можешь позволить им
отобрать у тебя баскетбол.
Не позволяй им победить.
Я не знаю, сколько еще продержусь.
Я не такой храбрый как вы.
Малыш, насколько я успел тебя узнать,
ты сильней, чем подозреваешь.
Что с тобой?
Все нормально.
Что с тобой? Скажи, в чем дело?
Подготовьтесь, пожалуйста. Спасибо.
Есть минутка?
У тебя гипертрофическая
кардиомиопатия.
Мое сердце слишком большое.
Надо же.
Давно это у тебя?
Приступы начались, когда я учился
в старших классах, тренер.
Пошли к доктору. Он взял несколько
анализов, вот как мы об этом узнали.
- Неважно.
- Ты дурак.
Совсем тупой.
Ты можешь умереть от этого.
Тренер, я умру, если не буду играть.
Послушайте, тренер, всю жизнь
я любил только баскетбол.
Но я не мог играть
в школе, потому что мне
приходилось работать,
чтобы помогать маме и сестрам.
Но я играл на улице.
Потому что, если я перестану играть,
во мне что-то разорвется и умрет.
Что касается моего сердца,
то я могу играть.
Мое сердце. С ним все в порядке.
Я вон сколько с ним прожил.
- Позвольте мне играть.
- Я не могу.
Он сказал, я могу играть по пять
минут. Почему вы не разрешаете?
Я знаю, что сказал доктор, Уилли.
Я не могу рисковать
твоей жизнью. Я не могу.
Ты все еще в команде.
Ты еще нам понадобишься, Кейджер.
Нам понадобится твое мужество.
Мы не сможем без твоего
большого сердца.
- Ты о баскетболе думаешь, Хилл?
- Да, тренер. Только о нем.
Я Матт Павелар, "Утренние новости".
У вас в команде черные игроки.
Вы считаете, что негры
смогут одержать борьбу
на национальном уровне?
Моя команда играет профессионально.
- А какие у вас взгляды?
- Я тренер по баскетболу.
- Кентукки здесь.
- Спасибо, тренер.
Тренер Рапп.
Тренер Рапп, великолепная игра. Ваши
наставления в последние 20 секунд?
Я сказал им играть.
Старые трюки, их мы используем
несколько лет. Ребята справились.
Я подойду, представлюсь.
Я знаю, вы позволите мне уйти.
- Экземпляры.
- Спасибо.
- Тренер.
- Больше никаких интервью.
Дон Хаскинс, тренер команды
Западного Техаса.
Просто хотел вам представиться.
Поздравляю