приятно.
А я — Дзатоити,
якудза-массажист.
— Очень рад встрече.
— Мерзавец! Мы тебе не ровня!
Извиняюсь, сумма очень скромная,
но, может, кто-нибудь пособит повесить?
Два рё от Дзатоити.
Господину Сакити.
Ити, ты ввалился сюда
как ни в чём ни бывало.
Ты же должен понимать,
что тебе не уйти живым.
Вы, наверное, шутите?
Я ведь перед вами ничем не провинился.
Да и потом, неужели все вы,
такие важные боссы,
наброситесь на одного
слепого калеку?
Вот это уж точно была бы шутка!
Ублюдок!
Заткнёшься ты когда-нибудь?
Не надо так. Ведь сегодня первый
Хана-каи у преемника Сакити.
Господин самурай, пожалуйста, ради
праздника, прекратите вашу ссору.
Слепой ублюдок,
не лезь не в своё дело!
Я разговариваю с господином
самураем, а не с вами.
Давайте решим этот вопрос
игральными костями.
— Если, конечно, вы не возражаете.
— Хватит! Я не собираюсь это терпеть!
Этот слепой нас дурачит!
Я его сам прикончу!
— Погодите, господин Окиси!
— Нет, хватит! Господин Сакити!
— Вы с этим не справитесь.
— Подождите, подождите.
Господин самурай,
а вы что скажете?
Я вот что скажу…
Если ты будешь мне мешать,
придётся прибегнуть к силе.
Позвольте откланяться…
Скоро за его голову будут давать
большие деньги. Я пока подожду.
Не волнуйся. Ты одолел меня там.
Это было впечатляюще.
— Босс Кунисада пришёл.
— А-а, босс Кунисада.
— Как поживаешь, Маки?
— Да жива лучше некуда!
— А где малыш Сакити?
— Ушёл праздновать Хана-каи.
Только не звали бы вы его так, босс.
Он теперь уважаемый преемник.
Да уж. Он игровое дело с твоим
молоком впитал.
Кстати, Маки,
а как твой родной сын?
Не хотите ли остаться на ночь?
Мы и тёплую ванну приготовили!
С возвращением.
— Эй, Дзатоити здесь остановился?
— Дзатоити?
А что такое?
Если ты про массажиста,
то вот же он.
— Так это вы?
— А что с этим Дзатоити?
Только что в харчевне слышал!
Все только и говорят,
как он мастерски выступил с мечом
перед всеми боссами на Хана-каи!
Чего? С мечом?
Это вам не простой массажист.
Он такое мечом вытворяет!
Лучше меня?
Я ни разу не проиграл!
Ладно тебе, лучше историю послушай.
Три года назад, в великой битве
у реки Сасагава,
он с одного удара
зарубил знаменитого фехтовальщика!
Его меч сияет и холоден как лёд,
и единственное на свете,
чего он не может разрубить, —
это жидкое масло и узы влюблённых.
Вот какую историю рассказывали
в харчевне о Дзатоити!
Госпожа Танэ, это ты?
Госпожа Танэ, давно не виделись.
Вы сейчас с тем самураем
со второго этажа?
Да. Я изменилась.
Теперь я совсем другая женщина.
Это неправда. В мыслях я вижу
только прекрасную Танэ.
Даже не знаю, что лучше,
видеть или быть слепым.
Ити, вы ведь думали, что я вышла
замуж за плотника, так ведь?
Да, именно так я и думал.
С тех пор многое случилось.
Быть женщиной — нелёгкое бремя.
Однажды перестаёшь доверять мужчинам, и,
как воздушного змея с оборванной нитью,
несёт тебя ветром
от одного мужчины к другому…
— Того, с кем я сейчас, зовут Танакура.
— Да. Он сильный самурай.
Как вы узнали?
Он не такой, как все. Наверное,
так уж суждено мужчинам и женщинам.
Всем нам приходится делать дурное,
чтобы выжить.
Грязь жизни ко всем прилипает.
Но для меня вы всё та же Танэ.
Ити, вы говорите
такие жестокие вещи.
Я рада, что вы слепой.
Что вы не видите, какой я стала.
И зачем я только встретила вас!
Обними меня! Люби меня!
Доброе утро!
Хотите,
я угадаю, о чём вы молитесь.
Ладно вам шутить!
Твой отец был хорошим человеком.
Но я в бегах
и не смогу сейчас помочь тебе.
— Старайся быть хорошим преемником.
— Хорошо.
Ити из Касамона, это ты?
— А кто вы?
— Это я.
Босс Кунисада! Давно не видались.
Я слышал, ваши дела сейчас
не в лучшем состоянии.
— За мою голову тоже обещаны деньги.
— Только голова у вас совсем другая.
Оба мы долго не проживём,
но давай жить, пока живётся.
— Удачи.
— Надеюсь, мы ещё встретимся.
— Расстанемся здесь.
— Берегите себя.
Будь увереннее в себе!
Передай отцу,
пора забыть наши склоки
и