Иди.
Еще ближе.
По кругу, вокруг меня.
- Так?
- Да. Да.
Быстрее.
Быстрее, быстрее.
Да, я...
Стой!
Пожалуйста.
Да.
Быстро, быстро.
Быстро.
Быстрее.
Быстрее, быстрее.
Быстрее.
Да.
Стой!
Я замерзла, дядя.
Не говори... ничего.
Гели!
Не двигайся.
Путем так называемой "ассимиляции"
евреи обесчещивают наших юных девушек,
тем самым уничтожая то, что подарено
нашей земле самим богом.
Он параноик, Фриц. Параноик.
Никто не относится к нему серьезно.
Ты уделяешь ему много места в газете,
а ее перестают покупать.
Он - вчерашняя новость.
Люди больше не беспокоятся по его поводу.
Но мы должны заставить их беспокоиться.
Вы знаете, что, по его доводам,
евреи имеют план мирового господства,
и поэтому мы должны быть
беспощадны.
- Он призывает к войне!
- Да, но теперь это смешно.
У нас более полумиллиона евреев
всех слоев и профессий.
Многие из больших людей у нас тоже
евреи. Как он будет воевать с ними?
- Прочтите книгу. Посмотрите сами.
- Хватит!
А теперь послушай меня.
Ты не будешь больше писать на первой
странице о человеке, который продал... сколько?..
... 5000 экземпляров книги?
Мой друг, я понимаю твои
переживания,
но как твой издатель предупреждаю тебя -
ты разбазариваешь наши деньги.
Теперь решение за тобой, Фриц.
Ты хочешь продолжать писать
для этой газеты?
Вы знаете, что да.
Тогда мы понимаем друг друга.
Больше никакого Гитлера.
- Когда ты вернешься?
- Как я могу вернуться в Мюнхен?
При чем здесь Мюнхен,
я имею в виду партию.
Чем дольше ты будешь оттягивать
возвращение, тем труднее будет вернуться.
Уже появились разногласия в Мюнхене,
что уж говорить о севере.
А, герр Штрассер.
Да, Штрассер, но и еще один
его молодой воспитанник.
Очень сильный оратор, который требует
полного разрыва партии с тобой.
Как его зовут?
Йозеф Геббельс.
Ты в политике или вне ее?
Я должен знать.
Я скажу тебе, что мне нужно.
Надежный человек.
Президентские выборы
26 апреля 1925
Рейхстаг, Берлин
Нацистская партия: 3 места
Апрель 1925
"Победа Гинденбурга!"
Наш проигрыш меня не удивляет.
В руководстве нашей партии
не хватает сильного лидера.
Назначьте встречу в Мюнхене.
Созовите всех руководителей партии
через три дня.
Три дня?
Мой фюрер, северные отделения партии
не успеют организовать...
Вы правы, вы правы.
Пусть будет два дня.
Ангела, собери чемодан дочери.
Гели едет со мой в город.
Мы проиграли,
но если мое поражение вынудило партию
вызвать тебя, оно стоило того.
Вместе, ты и я, мы объединим
нашу разрозненную армию.
Прошу прощения.
Вы должны просить прощения у всех.
Мы оказались в таком положении из-за вас.
Мы провалили путч, потому что вы опоздали.
Вы отпустили фон Кара, и он смог
мобилизовать правительственные войска.
А теперь эта неэффективная
смехотворная кампания.
Таким тоном со мной не говорили
ни разу за всю мою жизнь.
Если бы говорили, то, может, сейчас
вы бы не были в таком смущении.
Остановите машину.
Остановите машину!
Так вы не будете участвовать в нашем
воссоединении? Какое несчастье.
Мюнхен, Германия
14 февраля 1926
А, Грегор Штрассер.
Рад видеть вас.
Рад, что Берлин практически
не заметил вас.
- Ваша агитация могла стоить мне освобождения.
- Мы не хотели, мой фюрер.
Конечно.
Вы знакомы с моей племянницей?
Знаменитая Гели.
Это, должно быть, герр Геббельс.
Молодой человек, так отчаянно
добивающийся моего исключения из партии.
Позаботьтесь о ней, Гесс.
Я надеялся, что сообщения о ваших ссорах
были сильно преувеличены.
Садитесь.
Где Людендорф?
Он нездоров.
Но я рад, что все остальные
смогли прийти.
Цель этой встречи, господа,
утвердить мое руководство партией.
Я надеюсь на вашу полную поддержку.
Мы должны войти в правительство
легальными методами,
так мы сможем победить.
Наша новая цель - победа на выборах.
Беспорядки оставлены в прошлом.
Как это?
Штурмовиков держать в узде, Эрнст.
Пусть поют, маршируют,
машут флагами,
но тихо, до тех пор, пока я