уверен.
Мы страшно
сожалеем о случившемся.
Может быть,
вам чем-нибудь помочь?
У вас дома кто-то остался?
У меня нет родственников,
в родня Иокима живет в Штатах.
Послушайте, вот моя карточка.
Здесь наш домашний телефон.
Звоните, если
что-нибудь понадобится.
Вы не могли бы узнать,
как его самочувствие?
Мне ничего не сказали,
они еще не знают.
А мне скажут, как думаете?
Как только выяснится?
- Они мне скажут?
- Да, разумеется. Да.
Спасибо.
С днем рождения, доченька!
Слышали новость: Торбен ушел
от Берты и их дебильных детей?
- Дебильных?
- Когда это он успел?
Удивительно, что он
так долго продержался.
Она - вылитый Генрих Восьмой.
И одевается точно также.
Жуть какая-то!
Между прочим, это наши друзья.
Могла бы хоть чуть-чуть
над собой поработать.
Маникюр бы сделала,
в косметический салон сходила.
- Соуса что, больше нет?
- Сейчас я тебе положу.
- Ну как ты, детка?
- Ничего.
Из него столько крови вытекло.
- А машину не помяли?
- Финн!
Законный вопрос.
Машина-то новая.
- Ты все видела?
- Нет.
- А что она тебе сказала?
- Ничего не сказала.
Она очень боится и плачет.
Спрашивала, как ты и мама.
- Вполне типичная реакция.
- Что?
Психологически оправдана.
В кризисных ситуациях
нам свойственно думать о других.
- Женщинам, то есть.
- Я тебя умоляю.
А ты слушай и мотай на ус, Финн.
Ты не хочешь себе
сделать татуировку?
Прекрати, Финн.
Она права.
Отец Нильса работал
по 16 часов в сутки.
Один раз побыл с семьей,
на собственных похоронах.
Нильса в этом обвинять нельзя.
У него семеро детей.
Вы только представьте! Все они
липнут к нему, как бородавки.
Не семеро, а трое.
А ты выбирай выражения.
Ну трое. Все равно,
это чересчур.
А я бы еще одного родила.
Это на тебя похоже.
В добрый час!
А соуса больше нет?
Нет! А если и есть,
то не для тебя.
Вот здесь еще немного осталось.
Может, позвонишь
узнаешь, как он там?
- Прямо сейчас?
- Ну конечно.
- Что тебе сказали?
- Пока без изменений.
- Без изменений?
- Да.
Сколько его продержат
в операционной?
Может, четыре,
а может, и пять часов.
- И когда они позвонят?
- Как только что-то выяснится.
- Не пора ли выпить за Стину?
- Непременно!
- Да ну, ни к чему это!
- Как это, ни к чему?
- Здесь запрещено курить.
- Извините.
- Доброе утро, Сесиль.
- Доброе утро.
- Удалось поспать немного?
- Да нет, не смогла.
- Садитесь.
- Кофе?
Да, если можно.
Я мог бы прочесть
вам длинную лекцию.
Лучше скажите правду.
Хорошего мало. У Иокима
перелом шеи и позвоночника.
Практически весь
спинной отдел в кусках.
Что это значит?
Это значит, что он сможет
думать и говорить.
Больше ничего.
- А он знает?
- Пока нет.
Привет!
Привет!
- Здравствуй!
- Привет, детка!
- Экспедиция в Пелагонию сорвалась.
- Да.
- В Патогонию.
- Да.
Я ни рук, ни ног не чувствую.
Странное ощущение.
Нехороший признак. Верно?
Вы больше ничего
не будете чувствовать,
начиная от шеи.
Вот так?
Как это ни горько, но ходить
вы никогда не будете.
Пожалуйста, оставьте меня одного.
- У нас есть хорошие психологи.
- Уйдите, прошу вас!
Оставляю вас вдвоем. Простите.
- Сесиль, уйди, пожалуйста!
- Иоким.
Я очень тебя прошу.
Оставь меня одного.
- Иоким!
- Нет, вот этого не надо.
Не приставай ко мне, слышишь?
Черт побери!
- Пока!
- Иоким!
Прекрати, Сесиль.
Уйди отсюда, я сказал.
Я люблю тебя, но,
пожалуйста, уйди.
Хватит, довольно, убирайся!
Убирайся же!
Да, все можно.
Можно послать ему цветы, шоколад,
но вряд ли ему это поможет.
Он и сексом не сможет заниматься?
- Стина!
- Но ведь это очень важно.
- По крайней мере, для некоторых.
- Нет, и сексом не сможет.
- Что, если написать ему письмо?
- Да.
Пожалуй, напиши.
Хотя не думаю, что ему
станет легче от твоих писем.
Мари, он бросился
тебе прямо под колеса.
- Ты ничего не могла сделать.
- Ничего.
Вот и не казни себя.
Ты не виновата, Мари.
Такие случаи нередки.
Дня без них не проходит.
Но жизнь продолжается.
Да, для нас, но не для него.
А что будет с