деревянный домик.
Есть ли новости от Робера и Тани?
Максим,
в магазине дела совсем плохи.
Клиенты напуганы.
Также и у моих родителей.
И у Луизы.
Даже постоянные клиенты перестали приходить.
Мы, честно говоря, даже не знаем почему.
Можно я буду спать с тобой?
Почему ты еще не спишь?
Потому что я хочу с тобой.
Хочу папину подушку и твои фокусы.
Симон становится все больше и
больше похожим на тебя.
Смотрю на него, а вижу тебя.
Также как и ты двигает бровями и
спит с зажатыми кулачками.
Максим, мой муж.
Я так по тебе скучаю.
Ты - это вся моя жизнь.
Через несколько дней
мы снова будем спать в одной кровати.
Ты спрашивал, слышала ли я что-либо о брате. Нет.
Я так бы хотела, чтобы Робер вернулся домой,
и Таня обрела вновь мужа.
Не вскрывать.
Ты меня напугал.
Я хочу к Максиму.
Дениз Ламбер, Герман Ламбер,
Мария-Луиза Мерсир.
Разве не хорошие французские имена?
А ты - арль Мерсир.
Как тебе?
Мне Симон Гранбер больше нравится.
Конечно,
это всегда будет твоим именем.
"арль" нужно только для того,
чтобы добраться до отца.
Я поеду на поезде.
Максим был прав:
нам не нужно было регестрироваться.
А они, выпустят ли их?
В любом случае, вот этот мне не нужен.
И мне тоже.
И это тоже.
Вот и все, Анна, все готово.
Река поможет тебе забыть
все тревоги и бедствия.
Держи это.
Вчера приехала Таня.
А с тобой, Симоном и Эстер -
вся семья будет в сборе.
Все будут тут.
Когда я сказала, что у меня нет новостей
от мужа, меня высмеяли.
Просьбу рассмотрели только
через восемь месяцев плена.
В 17 я стал пленником в Руре,
а моя подруга была здесь.
Она получала мои письма каждый четверг.
Тогда заключенных
держали в достойных условиях.
Ты видел Гран Илюзьон?
Эстер видела.
Она повидала все.
Она рассказывала мне об этом.
С Габином, Фрэсне и Далио.
И Вон Строи ... Ужасный.
Они сказали, что он не фриц.
Я не удивлен.
До завтра.
Ты не помнишь, какие свитеры
я сложила для него?
Веди себя хорошо
Ты можешь не кричать?
Какие свитеры?
Жакардовые?
Все готово?
Ничего не забыли?
Поехали.
Нет, Симон и я остаемся.
Мы не едем.
Я должна подождать маму и папу.
У них все опечатали.
А если Робер вернется раненый,
кто его перевяжет?
Будет лучше, если мы останемся.
Нет, я хочу поехать на поезде
и строить деревянные домики.
И не кури в зале.
Посмотри наверх.
Как ты думаешь я ее достану?
Посмотри наверх.
- Я смотрю наверх.
Вот, и не двигайся.
Ну что там?
Ничего?
Всего лишь соринка.
Никого нет?
Тогда я посижу.
Вы парижане?
Садитесь, быстро.
Граница была в километре отсюда.
Они ждали темноты,
чтобы остаться незамеченными.
Спустя несколько дней, за несколько визитов,
Луиза рассказала мне все.
Все что они рассказали ей,
все что она пережила вместе с ними.
Все, но не главное.
Вот, сыр. Ешь.
Мятный напиток для собачки?
Он не любит мяту.
Твоя мама по-прежнему ничего не хочет?
Спокойно.
Не пей так быстро.
Мне нужно в туалет.
Я сам могу.
Я - не ребенок.
Добрый вечер, Антуан.
Добрый Вечер, Люсьен.
Как дела?
Добрый вечер, дамы.
Ваши бумаги.
Ваши бумаги, пожалуйста.
Еврейка.
Это мой сын.
Эстер.
Луизе пришлось сказать, что Анна была
беспечна и сама же все испортила.
Она не смогла сдержаться и не упомянуть
об ее демонстрации свободы.
Даже если так, это был выбор Анны,
но Симон...
Он отдал это мне.
Выбросить?
- Конечно, нет.
Они вернутся.
Они, наверно, в транзитном лагере.
Есть один в Питивьере.
И в Бон-ля-Ролан.
Может они встретят знакомых.
Транзитные лагеря - это только начало.
А дальше ...
Концентрационные лагеря в Германии,
тюрьмы для сопротивленцев и евреев.
Я сомневаюсь,
что с женщинами и детьми там хорошо обращаются.
Видели что Бразияк написал об евреях?
"Истребить всех. И не забыть про детей".
Я это не выдумала.
я видела их вместе.
Да ладно тебе.
Они ничего плохого не сделали.
Может и так, но что будет ...
Эстер, прошу тебя.
Ты писал Тане в Лион.
Все верно, ты дал ей адрес.
Масло, настоящее.
Можешь взять это?
Я только считаю мясо и вино?