Идрис.
У нее есть чувство гордости.
Оставь ее в покое.
Гордость.
К черту гордость.
Ты дура.
Кому ты сейчас нужна?
Гейнор?
Уходи.
Она не хочет тебя видеть.
- Можно мне поговорить с ней минутку?
- Она не хочет тебя видеть.
Не хочет с тобой говорить.
Она не хочет тебя знать.
И если  Крэд тебя увидит,
он тебя убьет.
Уходи, и никогда
не возвращайся.
И не пытайся ей писать.
Она все равно не получит писем. Никогда.
Передай ей хотя бы это,
пожалуйста.
Оконное стекло сохранит тепло,
и поможет сэкономить уголь.
Сейчас забастовка.
Ни у кого нет денег.
Никому не нужно стекло.
Если окно разбивается,
они заполняют рамы бумагой.
Не унывай.
Продолжай обходить людей.
Чтобы тебя знали.
Возьми дешевый товар.
Материалы для штопки. Нитки.
Будь щедр.
Пусть люди поймут, что
тебе можно доверять.
Во время забастовки все на взводе.
Из-за трудностей люди превращаются
в дьяволов.
Не позволяй им сказать,
что евреи оставались в стороне.
Скоро все закончится,
дай Бог.
И тогда у тебя будет
магазин и покупатели.
Хорошо, папа.
У нас нет выбора.
Хватайте его, ребята!
Может, это тебя научит не лезть
не в свое дело, ты английский сукин сын!
Если мы тебя еще раз здесь увидим,
тебе конец!
Ты слышал?
Твое счастье, что Крэд не вышел!
Ты бы уже был мертв, точно!
Пошел вон!
Убирайся!
И больше не возвращайся,
ты слышишь?
Никогда не возвращайся!
Ты можешь уже посещать
церковь.
Это не община, но
хоть что-то.
На этих пятках больше штопки,
чем шерсти.
Ты не можешь спрятать
от бога свой позор.
Я ухожу.
Я этого больше не вынесу.
Ты.
Я должен с тобой поговорить.
Нам нельзя.
Уходи. И так тяжело.
Уходи!
Не уходи, пожалуйста.
Отстань от меня!
- О, боже!
- Не будь идиотом.
- Гейнор!
- Пусти меня!
- У тебя будет ребенок.
- О, забудь об этом.
Это не твое дело.
Тебе не надо было приходить.
Гейнор, ты в порядке?
Иду, папа.
Иди и читай со всеми молитву
благодарения.
Мы возвращаемся на работу.
Мы победили?
Мы не проиграли.
Давай скажем так.
Не смотри на меня.
Спи.
Я сказал, спи.
Зачем ты оставил свой тацит в стене?
Разве это не одна из заповедей?
Каждое поколение должно носить
кисти на краю одежды.
Разве ты больше не хочешь быть евреем?
Так это был ты?
Это не так просто.
В твоих молитвах всё так просто.
Но это не так.
Ребе Волф сказал, что шахтеров
заставили выйти на забастовку...
потому что в результате
они ничего не получили.
Ребе дурак!
Если бы не забастовка,
они бы получили еще меньше.
Пусть он поговорит с нашими
еврейскими шахтерами, а?
Вот, Бенджамин.
Почему это всегда в пятницу вечером?
Бог, пожалуйста,
пусть будет мир.
Здесь слишком много голодных детей.
Они приходят сюда со старьем...
и трудно им не дать
что-нибудь.
Это к тебе.
Тебя непросто было найти.
Я скоро вернусь.
Ты не пригласишь меня
зайти?
Сэм, да?
Соломон!
Как твоя мама?
До сих пор болеет?
Куда мы идем?
Ты до сих пор меня стыдишься?
Почему ты мне не сказала?
Потому что...
Почему ты мне не сказал?
Почему ты мне не сказал?
Это!
Твоя жизнь.
Твоя настоящая жизнь.
Ты не понимаешь.
Ты мне не открывался.
Я это чувствовала .
Это что, была игра?
Я просто не знал как это всё
можно объединить.
Они тебя не примут.
Для них это закон.
Это как железо.
Они бы меня отвергли.
А ты?
Ты меня принимаешь?
Думаю, да.
Я уезжаю в деревню к родственникам
отца, чтобы там родить ребенка.
А потом у меня его заберут.
Зачем ты пришла?
Когда я тебя увидела,
я перестала тебя так сильно ненавидеть.
Мне нужно было разобраться.
Поговори со мной на своем языке.
На языке, на котором ты говоришь
с родными.
Ты действительно хочешь этого?
Идем присядем.
- Давай куда-нибудь уедем.
- Еще не время.
Я еще в тебе не уверена.
Принеси полотенце.
Потри хорошо.
Скоро все закончится, правда?
Хорошая девочка.
Ты не принесешь мне рубашку?
Просто плохой сон, и всё.
Да не шуми ты так, парень.
Напугаешь младенца,
и он родится раньше времени.
Пускай так. Это спасло бы нас
от кучи неприятностей.
О