привезти сейчас.
Сказал, значит сказал.
Сейчас принесу со склада.
Матерь Божья, он мне жизнь спас
этими пагерами.
Набрал я их оптом, как дурак
а ведь предупреждали, что с приходом мобил
пагеры не пойдут.
Если б не идея святого отца,
я бы погорел. Подожди.
Комиссар?
Это Витек.
Звоню из "Пондерозы". Да!
Здесь другая русская,
тоже свидетель нападения.
Блондинка.
Волосы зачёсаны вверх.
Чёрная жилетка.
Красная юбка.
Глубокий вырез.
Что?
Уже семь.
Куда я поеду на ночь глядя!
Завтра приеду.
Она там наверняка
каждый день сидит.
Таня?
Так зовут, или так мало берёт?
[По-польски taniа - дешёвая]
Хенрик, так ты что?
Что у тебя за дела
с какими-то курвами, а?
Полицейский работает
с ворами и курвами.
Вот.
Последняя дюжина, слава Богу.
Спокойной ночи.
- Ты же целовалась со мной в машине.
- Ну и что?
Ты знаешь, кто самый
умный философ на свете?
Польский учёный Глупташинский.
А знаешь, кто
изобрёл электробритву?
Русский учёный Ломоносов.
Он нашёл её в мусорке
американского посольства!
Хорошая курочка!
Покажи где яичко.
Давай, покажи.
Где спрятала яйцо?
Это всё глупо.
Сижу здесь и жду,
неизвестно чего.
Полиция никогда не
поймает Грузина,
а если и поймает, то и так никто
не отдаст мне мои деньги.
А я здесь никому не нужна.
А святому отцу? Ты же
должна петь "Ave Maria".
Кто-нибудь другой споёт.
Но я уже начал писать под твой голос.
Там есть партии,
которые сестра Марта не споёт.
Я нужна тебе?
Ну, конечно.
Я пишу музыку и ты мне нужна.
Только для этого?
Показываю тебе это
прежде чем ты
предложишь мне что-то,
за что тебя придётся посадить.
А зачем ты мне это показываешь?
Чтобы доказать мои добрые намерения.
У меня доброе сердце.
Збых!
Дай мне ключ.
Мне надо допросить её.
Держи.
Что я вижу?
У тебя работают русские курвы?
Никакие курвы здесь не работают,
тем более русские.
А эта?
У неё что,на лбу написано,
что она курва? Вали отсюда!
Следи за базаром, мужик.
Во- первых, если у тебя русские шлюхи,
нанимай русскую крышу.
500 долларов в неделю.
Это честная цена.
Где она?
Перестань, её как раз
допрашивает полиция.
Пиши!
Показания свидетеля:
Я вижу
Семёна Захаровича Ешина
впервые.
Распишись!
Вот твой свидетель.
Я тебя ещё достану, Грузин!
У тебя нет ничего на меня.
Даже если посадишь,
то тут же выпустишь.
Я тебе что говорил?
Ты должен был сдать мне
Грузина, так?!
Иди к той русской и скажи,
что Грузин отдаст ей деньги в "Пондерозе"!
- Ясно?
- Щас поеду!
И не заставляй меня повторять это,
иначе свадьбы не дождёшься!
Чего тебе?
Грузин будет в "Пондерозе"
с деньгами.
Вот и всё.
- Но не для меня?
- Не для тебя,
а для той русской.
- Отцепись!
- Вали отсюда!
Витек, звони в полицию!
Принеси сюда!
Отпусти её!
Брось нож!
А ты беги!
Я ничего не сделал!
Стой, сказал!
Ты понимаешь или нет?
А теперь убирайся!
Вон из моего города, понял?
Пошёл!
Что же мне делать, Матерь Божья?
Тебе легко.
Ты само милосердие.
А я человек, хоть и священник.
У нас у людей мозги съехали
от того, что ты царица польская.
Слишком уж ты добрая!
Мы учим их с детства
что хорошо, а что плохо.
Сёстры Клара и Марта на катехизисе
горло рвут.
"Возлюби ближнего!
Уважай другого человека!"
И что? Достаточно быть из разных
деревень, и уже друг друга ненавидят !
Прошу тебя, Матерь Божья, помоги
преодолеть природную мягкость.
Ибо если я не буду суров,
они совершенно распустятся!
Знаешь, Хенрик, зачем я тебя позвал?
Снимай погоны.
Ты в человека стрелял, убить мог.
В русского бандита!
Для самообороны!
Кто в людей стреляет, у меня
комендантом быть не может.
Снимай погоны, говорю!
Разжаловать меня может только комендант
воеводства! А он меня наградил!
Я здесь комендант!
Потому что я за всё отвечаю!
Ты, Хенрик, знаешь:
Сначала Бог, потом я.
Поэтому налагаю на тебя
тяжкую епитимью.
А что, лучше бы я дал себя убить?
Может и лучше. Может.
Я не знаю, Хенрик.
В чём дело?
Я плохо пела?
Хорошо.
Ну скажи что-нибудь.
Это моя музыка.
А как услышал