господин.
- Действительно?
И как же его звали?
- "Ничтожнус Максимус".
- Центурион, в гарнизоне есть
кто-нибудь с таким именем?
- Никак нет, господин.
- Что-то ты слишком уверенно
отвечаешь. Ты проверял?
- Нет, господин. Я думаю,
что это прикол, господин.
Типа "Глюпус Педикус"
или "Магнус Фаллос", господин.
- Что смешного в имени
"Магнус Фаллос"?
- Это не настоящее имя, господин.
- У меня
есть отличный друг в Риме,
которого зовут Магнус Фаллос.
Молчать!
Что за дерзость?
Ты очень "быстхо" окажешься
в школе "гладиатохов"...
за такое "мудхое" поведение.
- Может, я могу уйти, господин?
Ай!
Подождите, вот скажу я
об этом Магнусу Фаллосу.
Так! "Убхать" его!
- Господин, он
- Я хочу, чтобы уже
через неделю он "дхался"
с дикими бешенными "звехями".
- Так точно, господин.
Пошли, ты...
- Я не желаю,
чтобы над моими "дхузьями"
смеялась "пхостая" солдатня.
Кто-нибудь еще хочет хихикать...
когда я называю
имя моего "дхуга" -
Магнус...
Фаллос?
Ты? Тебе кажется,
что это "пхикольно"...
когда я называю имя...
Магнус... Фаллос?
А вы знаете,
что у него есть жена?
И вы знаете, как её зовут?
Её зовут "Диарея".
"Диарея Аналюс".
Заткнитесь!
Что всё это значит?
Мне надоело это "мехзкое"
возмутительное поведение!
Молчать! Тихо!
"Пхетохианцы"!
Ловите его! Ловите его!
Просморкайтесь и ловите его!
- Хм? Хм.
- О, да ты счастливчик.
- А круги будут
огромными и черными...
А глаза красны
от крови тварей живых!
А блудница Вавилонская...
нестись впереди
будет на змие трехглавом!
И земли все порушены
будут огнем и мечом.
- У демона будет
меч о девяти лезвиях.
О девяти - не о двух, или
пяти, или семи, но девяти
который обрушит он на
всех жалких грешников -
таких как ты, вон тот.
А впереди его будет распутство.
- И будут
в то время слухи о вещах,
делающихся неправильно,
хм-м, и будет непонимание
того, как всё должно
происходить на самом деле.
И не будет знать никто...
про эти небольшие вещи...
сделанные из пальмового волокна
у которых есть еще кое-что.
В это время друг
потеряет молот друга,
а юные не
будут знать, где лежат...
вещи, оставленные их отцами...
хотя отцы их положат их туда
лишь за ночь до этого около 8:00.
Так записано в книге Кирилла...
в то время
- Почем это, побыстрее?
Это для жены.
- Мнэ-э... 20 шекелей.
- Хорошо.
- Что?
- Вот, держи.
- Минуточку.
- Что?
- Мы должны поторговаться.
- Нет-нет-нет. Я исчезаю
- Что значит "нет"?
- У меня нет времени.
- Тогда отдавай обратно.
- Нет-нет, я
тебе только что заплатил.
- Барт, этот малый
не желает торговаться.
- Не желает торговаться?
- Ладно.
Что мы должны делать?
- Я прошу 20.
- Я уже дал тебе 20.
- Ты мне сказал, что это
не стоит 20 шекелей?
- Нет.
- Посмотри на качество.
Твои козы такого не дадут.
- Ладно я дам тебе 19.
- Нет-нет-нет,
делай это по-нормальному.
- Что?
- Торгуйся нормально.
Это не стоит 19.
- Ты же только что
сказал, что это стоит 20.
- О, господи.
Давай, торгуйся.
- Ладно, я дам тебе 10.
- Вот это уже лучше.
Десять? Ты хочешь меня разорить?
У меня старая
больная бабушка! Десять?
- Ладно, я дам тебе 11.
- Вот теперь ты врубился.
Я не ослышался? Одиннадцать?
Мне самому это обошлось в 12.
- Семнадцать?
- Нет-нет-нет. Семнадцать.
- Восемнадцать.
- Нет-нет-нет. Теперь называй 14.
- Ладно, я дам тебе 14.
- Четырнадцать? Ты шутишь?
- Ты же сам
сказал мне это сказать!
- О, господи.
- Ну подскажи мне что
говорить, пожалуйста!
- Предложи мне 14.
- Я дам тебе 14.
- Он мне предлагает за это 14!
- Пятнадцать!
- Семнадцать, и это моё
последнее слово. Больше я не
скину, только через мой труп.
- Шестнадцать.
- Идёт.
- С вами приятно иметь дело.
- Я дам вам ещё и вот это.
- Мне это не нужно, но спасибо.
- Барт.
- Ладно-ладно.
- Ну, и где 16
которые ты мне должен?
- Я уже дал тебе 20.
- А, да.. Значит,
я должен тебе четыре.
- Правильно.
- Куда-то я их задевал.
- Пусть эти
четыре будут за тыкву.
- Четыре? За эту тыкву?
- Да ты только