будет поворот.
Я дальше покажу.
Это недалеко.
Вот, это здесь.
Дом кажется таким маленьким.
Ваша семья живет здесь?
Нет.
Это моя дочь Грейс.
Она меня ненавидит...
Интересно...
Что?
Может, я ее просто не понимаю...
Я не хотела ее подавлять,
как это делала моя мать...
Хотя, наверное, такое
случается в каждой семье.
Нас кидает из крайности в крайность,
а переходя из поколения в поколение,
мы начинаем понимать все
с точностью до наоборот...
С Беном мне было так легко...
Но она у меня фоторепортер.
Путешествует по миру.
Снимает там, где больше взрывают.
Ух ты.
Да, я знаю, мы, наверное,
правильно поступили.
Выходит, ваша дочь похожа на вас.
Почему?
Вы же всегда хотели жить в эпицентре.
Да, я очень безрассудно
обращалась со своей жизнью.
Я больше никогда ее не видела.
- Кого?
- Мою мать.
Когда я сбежала, она умерла.
Сердечный приступ.
Если бы я только могла...
Я бы попросила провести
еще один день с мамой.
Ты только посмотри на ее глаза.
Я была бы очень с ней нежной.
Красавица.
- Я записалась на курс керамики к Дот.
- Хорошо.
Почему ты считаешь, что это хорошо?
Врач сказал, что тебе
не повредит хобби.
Скажи, что тебе во мне нравится?
- Сейчас?
-Да.
- Ты способна меня выносить.
- И все?
Конечно, нет.
Херб, кем мы стали?
Мы всегда так много смеялись.
Что случилось?
Нельзя же смеяться все время.
- Мы должны смеяться.
- Иначе что?
Или она умерла напрасно.
Только не начинай снова.
Почему мне нельзя вспоминать о ней?
Я не позволю нашему браку
превратиться в
бесконечный ритуал покаяния.
Мы сто раз об этом говорили.
Она была ненормальная.
Связаться с таким человеком-все
равно что засунуть руку в блендер -
без крови не обойдется.
Это просто невыносимо.
Я не могу с этим справиться.
Я постоянно вижу ее, Херб...
Я вижу прошлое.
Прошлое не отпускает меня...
Я больше так не могу, не могу. Прости.
Может, тебе попить антидепрессанты?
Что?!
Ты в порядке? Хочешь поговорить?
Моя мать делала так.
Она вдруг исчезала, и я находила ее
на кровати перед телевизором,
тарелка с тостом лежала на животе.
- Она так и умерла.
- Я знаю.
- Мне нужно измерить тебе давление.
- Нет, не нужно.
После вечеринки в доме Херба,
я отсыпалась целую неделю.
Может, так я пыталась избежать
своего следующего романа.
Когда я проснулась, я испытала сильную
потребность услышать голос Херба.
Я так по нему скучала,
это было так странно.
-Алло?
- Мистер Ли? Это Пиппа Саркисян.
Пиппа!
Привет. Я хотела предложить
вам позавтракать вместе.
Сейчас три часа дня.
Я имела в виду, завтра.
Сначала он вел себя, как друг,
держался по-отечески.
Дразнил меня бездельницей.
Я называла его старым пердуном.
Мы могли весь день провести вместе,
много гуляли, перекусывали.
Он давал мне списки для чтения.
Он хотел заняться моим образованием.
- Прости, что так опоздала.
- Ты всегда опаздываешь.
А может, ты всегда приходишь раньше?
Я купил тебе кое-что.
Тебе придется надеть
это только один раз.
Когда мы будем одни в пляжном доме
в эти выходные, выйди в нем к ланчу.
- Ты не должен был покупать это.
- Мне пришлось.
Мне нравилось быть с Хербом.
С ним я чувствовала
себя защищенной.
Я думал, что я писатель.
Думал, что это мое призвание,
но оказалось, что нет...
Я не мог просто плыть по течению.
У меня слишком критическая натура,
чтобы я мог на этом успокоиться.
Какое-то время я был потерянным,
понятия не имел, что делать дальше.
У меня был друг в издательском
бизнесе, он предложил мне работу.
И вот я здесь.
Скажи, что тебе во мне нравится?
Ты не выпендриваешься, ты умная и
красивая, но не пускаешь пыль в глаза.
И в тебе есть какая-то грусть.
Мне это нравится.
В умеренных дозах.
Мне нравится твой жакет.
И это все?
Нет...
Мне нравится
твое лицо и твой голос. И...
- Это прозвучит странно...
- Говори.
Как будто... я чувствую то,
что чувствуешь ты.
Если ты нервничаешь, рад или
грустишь, я все это чувствую.
Всем телом, на кончиках пальцев.
Как удивительно.
Я бы не хотел,