Я... Я люблю тебя,
как никто и никогда!..''
- Отдай! Отдай!
- ''Ты была права...''
''Я люблю тебя, как никто
и никогда тебя не любил...''
''А теперь я уезжаю,
прощай, твой С.В.''
На, С.В.!
Ну, допустим, тебе на меня наплевать,
но хоть бы об отце подумал.
- А ты о нем думаешь?
Думаешь?
- Что ты понимаешь!
- Послушай, Василий, сын,
поговорить нам надо.
Как мужчинам.
- Не хочу я с вами разговаривать,
вы все мне надоели.
- Нет, поговорить надо.
- Послушайте! Были в гостях,
опоздали на электричку!
Нам бы только до утра,
где-нибудь за печкой, скромненько...
Граждане!
- Ну что?
- Пустые хлопоты. Не открывают.
А главное, никто разговаривать не хочет!
Спросят только, кто стучит – и всё.
- А вот свет.
- Там собака.
А я их, между прочим, понимаю.
Открыть ночью двум таким типам...
- Работаешь, учишься?
- Обязательно работаю.
Фирма ''Буревестник''.
Ремонт холодильников.
А ты? Трудишься?
- Студент.
- Чертов ветер. Откуда он взялся?
Такой был день – и на тебе.
- Будет дождь.
- Его только не хватало.
- А может быть, даже и снег.
- Загнемся.
Еще полчасика – и я околею.
- А кругом столько теплых домов...
- Да что там домов! А сколько выпивки!
Сколько закуски!
Опять же, сколько одиноких женщин!
Это всегда выводит меня из себя.
- О! Санаторий ''Лукоморье''.
- Здесь должен быть сторож,
охраняющий общественные ценности.
Посетим?
- Ага.
- Охрана!
- Охрана! Охрана!
- Охрана!
- Охрана!
К сожалению, нам доверяют.
- Через полгодика здесь будет
много-много теплых постелек.
Агуга-чигагага, агага-чига-гуга...
- Солярий!
- Кольцеброс и другие подвижные игры!
- А танцы!..
- Алё, хозяин!
Алё, хозяин!
- Что такое?
- Добрый вечер, девушка.
Послушайте, я опоздал
на электричку, замерзаю.
- Не пущу.
- Обождите.
- Ну?
- А почему так категорически?
- Я живу одна.
- Тем лучше. Значит, у вас
найдется место.
- Одна я, понятно?
- И вам не страшно одной?
- Нет, не страшно.
- А вдруг вы ночью заболеете?
Ведь воды некому подать!
Так нельзя, девушка.
- Не беспокойся, не заболею.
Мне некогда разговаривать.
- Навестить вас завтра?
- Попробуй.
- Я до завтра не доживу, замерзну.
- Как я могу вас пустить,
если я вас не знаю?
- Велика беда! Пожалуйста:
Бусыгин Владимир Петрович, студент.
- Ну и что?
- Ничего. Теперь вы меня знаете.
- Вы думаете, этого достаточно?
- А что еще? Что еще?
Ах да!.. Ну, не будем забегать вперед,
но вы мне уже нравитесь.
- Нахалы все невозможные.
- Ну вот и поговорили!
- Да...
Ну и что же дальше?
По-моему, мы делаем ошибку,
опираясь на частный сектор.
Между тем как рядом не охвачен
прекрасный коммунальный дом.
- Ну?
- Ну что? Обзвоним все квартиры. Идем.
- А что ты собираешься им говорить?
- Что говорить?
Опоздали на электричку.
- Да?
- Не поверят...
Скажем, что мы замерзаем!
- Ну и что? Ну и что?
Кто ты такой? Какое им до тебя дело?
Еще не зима, до утра потерпишь.
- Будем говорить, что отстали
от этого... от скорого поезда!
- Этим их тоже не прошибешь.
- Ну тогда скажем, что за нами
гонятся бандюги!
Неужели не пустят?
Давай-ка их за это разбудим!
- Прекратите безобразие!
- Чего?
- А ну проваливайте отсюда, артисты!
- Куда? Куда, папаша?
Нам некуда проваливать!
- Убирайся! У нас тут своих
хулиганов хватает!
- Может быть, нам следовало смирить
гордыню и попроситься на ночлег?
- Спустил бы с лестницы.
В этом доме живут темпераментные
люди. Смотри.
- О, театр теней!
- Ага.
- По-моему, решается проблема
отцов и детей.
- С чего ты взял?
- Старый и молодой.
Такова конфигурация фигур.
- Наташа! Наташенька!
- Кто там еще?
- Это я, Сарафанов.
- Андрей Григорьевич?
Я вас не узнала.
- Извините, что так поздно...
Ради бога, Наташенька...
Мне поговорить надо
с вами, наедине...
- Входите.
- Немедленно!
Наташенька...
- Что делается!
- Ай-ай-ай-ай-ай...
- Ей 25, не больше.
- Ему 60, не меньше.
- Молодец...
- Поехали!
Так, так, так...
- Куда прикажете?
- Любопытно, остался у него
кто-нибудь дома?
Ну, жены,