сумасшедший.
- Вы были приговорены к 20 годам?
- Да, сэр, в Рейфорде.
- Но оттуда освобождают досрочно.
- Вы считаете, вас пора освободить?
- Да, сэр.
- Кто ваш ближайший родственник?
- У меня никого нет, насколько мне известно.
- Мы не можем выписать пациента без
обращения от ближайших родственников.
За вас кто-то должен отвечать, понимаете?
Жаль, что не понимал, пока копал тут ямы.
Предлагаю указать в заключении,
что, по мнению присутствующих,
в состоянии пациента не
произошло существенных изменений
со времени поступления
на лечение.
Ваша сестра проявляет удивительную
заботу о вашем благополучии, мистер Фоли.
- Да, сэр.
- Не проходит и недели без письма
от нее с вопросами о вашем здоровье.
Да, сэр. Она очень беспокоится, я бы сказал.
А я бы сказал чрезмерно беспокоится.
Нет, сэр. Просто очень беспокоится.
А ваш внешний вид ее не беспокоит?
Перейдем к вашим обвинениям в
жестоком обращении.
- Вы вообще понимаете, что происходит?
- В смысле?
Вы понимаете, что здесь происходит день за днем?
- О чем вы?
- О том, о чем вы пишете в письмах
родственникам пациентов.
- Я это видел.
- Когда вы это видели?
Постоянно.
- А вам не приходило в голову,
что вам все это кажется?
- Нет, сэр.
- Что у вас галлюцинации?
- Нет. Я уверен.
- Значит, вы вменяемы?
- Да, сэр.
- Тогда скажите, почему за пять лет, что вы
здесь провели, вы не раздумывали о побеге?
- Простите, что вы сказали?
- Если вы вменяемы и не хотите быть здесь,
почему вы не попытались сбежать?
Прости меня, Отче, за то, что навлек на себя.
За то, что привело меня в это безнадежное место.
Закон о неприкосновенности не помогает.
Дай ему увидеть надежду твою, Отче,
благослови его своим светом и выведи из тьмы.
Они нас вызывают, освидетельствуют
как психов и засовывают обратно.
- Ты принесла Библию?
- Да. Вот.
Давай почитаем.
Про избиения в Книге Бытия.
Про чрезмерное и изощренное
наказание в Книге Экклезиаста,
про смерть.
- Начнем с Книги Бытия?
- Я подумал:
нужно написать сенаторам, депутатам,
всем официальным лицам, кому сможешь.
Я распределю дела, чтобы не дублировались.
Вид у тебя кошмарный.
Дай мне свою Библию, брат. Там шрифт крупнее.
Эмет...
Да?
У меня нет близких родственников.
- Что?
- Меня никогда отсюда не выпустят.
- Выпустят.
- Нет, не выпустят.
Нужна родня, а у меня никого нет.
- Уокер...
- Что?
Теперь есть.
Молодец, здорово играешь. Хорошо звучит.
Как будто уносишься отсюда.
- У Тео взял?
- Да, он мне дал.
Тео у нас добрый.
Он хорошо к тебе относится?
- Милый паренек.
- И что?
- Да ладно тебе, Тео.
- Что ладно?
Здесь запрещено иметь отношения.
А он несовершеннолетний.
У начальства будет припадок,
если они решат, что между вами что-то есть.
Послушай, Фоли. У меня жена и дети.
То есть, все серьезно.
- Что тебе нужно?
- Дня через три я хочу выйти
отсюда через главный вход.
Думаю, этого времени хватит,
чтобы сделать дубликат ключа.
Ты в своем уме? Ты рехнулся, черт возьми!
Я не рехнулся, Тео.
У меня ключ Тео. Бежим, Уокер!
Ну вай!
- Нет, я больше не могу.
- Давай! Давай!
- Я больше не могу бороться.
- Пошли, пошли!
- Не могу.
Давай же! Давай!
- Давай!
- За пять лет немудрено потерять форму.
Я возвращаюсь в Чаттахучи.
Оумасшедший, да?
Околько себя помню, я был таким.
Но я не хочу провести остаток жизни в бегах.
- Харвуд сволочь!
- Да
- Ну, а ты куда?
- Пожалуй, на запад.
В Шайенне неплохо.
Я рад, что знаком с тобой.
Да...
Для меня все позади.
Да, точно.
Пойду, пожалуй.
Меня прямо ноги не слушаются.
Мне нельзя терять время.
Прошай, Уокер.
Прошай, Эмет.
Увидимся.
Что ж...
У него точно был ключ.
Может, он у него внутри?
Не из ушей же он у него вылетел.
А теперь научи сбегать остальных скотов.
Дорогая Эрлин, возможно,
это последнее письмо,
которое ты от меня получишь.
Они забрали всю бумагу.
На этот раз они решили помешать
мне во что бы то ни стало.
Они забрали всю бумагу.
На этот раз они решили помешать
мне во что бы то ни стало.
Первая