молнией.
А ты кто такой?
Меня зовут Этьен Буассе. Я журналист.
Я расследую убийство Видока.
Так Вы не азиатка?...
А ты, журналист,
глазастый.
- Заколки - за мою историю.
- Что?
Я расскажу тебе все, что знаю,
а ты вернёшь мне заколки. Идёт?
Вы шутите. Эти украшения -
вещественные доказательства
Вашей причастности к убийству
Бельмона и Веральди.
По-твоему, я действительно
похожа на чудовище?
Слушаю Вас.
Франсуа, ты меня знаешь!
Ты не можешь подозревать меня в том, что...
Разве не ты засунула их им в шляпы?
Преа,...
Чёрт возьми...
В какой переплёт ты попала.
Я не смогу долго покрывать тебя...
Я отделался от человека,
с которым веду расследование, но...
Нет...
Две недели назад я получила
письмо с деньгами.
Я должна была, всего лишь, незаметно
сунуть заколку в шляпу Бельмона,
а потом, Веральди.
Я выполнила поставленное условие и всё.
Но так и не узнала, кто заплатил мне за это.
Ты не задумывалась, зачем это было нужно?
Я подумала, что так их хотели
скомпрометировать...
Почему бы и не сделать это?
Эти толстосумы были лишь клиентами.
У меня с ними не было ничего общего.
- А в письмах не было ничего угрожающего?
- Угрожающего?
- Да, они не кровью были написаны?
- Вроде нет.
Они даже пахли духами.
И почерк был красивый...
Я даже подумала, что женский.
- Ты их сохранила?
- Ещё что-нибудь?
- Преа. Кто следующий в списке?
- Кто сказал тебе ещё об одной заколке?
Господь Бог.
Говори, кто следующий в списке.
Эрнест Лаффитт.
Директор Приюта Инвалидов.
Погоди. Я иду с тобой...
Эй, Вы, там!
Что Вы здесь делаете?
Спокойно.
Я работаю на Префекта.
Хорошо.
- Что Вы делали на крыше?
- Ничего.
Мне показалось, я видел тень.
Я привёл девушку.
Она плохо себя чувствует.
- Держи.
- А, две других?
Личный архив.
Это не политический заговор.
Бельмон и Веральди могли бы подойти
для этого, но не Лаффитт...
То, что они занимались оружием,
всего лишь случайное совпадение.
Они погибли по другой причине.
Это месть.
Месть.
И подготовленная.
А то, что была использована молния,
выглядит как наказание, посланное с небес...
- Как Божья кара.
- Но ты же видел убийцу, как и я!
Ты видел голубей?
Ты видел, как он исчез под своим плащом?
- Это ловкость рук фокусника.
- Фокусника? Как же! А маска?
- Маска тоже может быть связана с местью...
- Не думаю.
Зеркало.
Как будто, им уже пришло время посмотреть
друг другу в глаза.
Чепуха.
Я их хорошо знала.
Они были немного странными,
но безобидными.
Странными?
В каком смысле, странными?
- Это всё, что Вы сделали?
- Они меня никогда не трогали.
Что? Вы хотите сказать, что они ...
что они любили мужчин?
Нет.
Они любили только свою внешность,
своё собственное тело,
своё собственное лицо.
Они любили только себя.
- Из-за этого они, по- вашему, и погибли?
- Не знаю. Видок так считал.
Он подозревал, что за этой страстью
скрывалось что-то ещё...
Что они сунули свой нос туда,
куда не следовало.
Тогда, у меня есть шанс...
Щёголи, которые красятся.
Убийство молнией.
Зеркальная маска.
Нет ничего проще.
А потом, куда он пошёл?
Я хочу сказать, Видок.
Не знаю. Я знаю только одно-
в его смерти виновата я.
Он погиб из-за расследования.
Нет. Он вёл расследование один,
чтобы защитить меня.
Поэтому, он и погиб.
А Вы давно с ним знакомы?
Итак, господин сыщик,
Посмотрим, какой ты сообразительный.
Попробуй найти замочек на моем костюме.
Это секрет кхмерских танцовщиц.
Он вшит прямо на тело.
Без пуговиц и без петель.
А... какого рода...
В общем, какие у вас
были с ним отношения?
Только деловые.
Деловые, профессиональные отношения.
Ладно, трогай. Держи!
Это шутка?
Завтра, в то же время.
- Откуда ты такой взялся?
- Я из Сантера.
- А где это?
- Это небольшая деревушка в Провансе.
- С Видоком ты уже встречался?
- Нет. Я написал ему письмо.
И он согласился уточнить со мной
некоторые детали своей биографии...
- Биографии?
- Разумеется. Это будет книга.
Большая книга о Видоке.
Я должен найти его убийцу и назвать его