уважаемым гражданином.
Я подчеркиваю,
что вы меня принуждаете к неправому делу.
Прекрасная работа, Сорович.
Соберите группу. Мы приступаем к доллару.
Вы не видите, что происходит?
Немцы банкроты.
Без валюты им не достать ни бензин,
ни сырье - мы финансируем войну нацистам.
И что? Хочешь устроить саботаж?
В лагере?
Янки работают с техникой глубокой печати,
в нашем распоряжении фототипия,
можно быстро напечатать много денег.
Фототипия подходит для четкости и полутонов.
Есть проблемы, но мы справимся.
Слава Богу, у нас есть опытный специалист.
Что, старые счеты с долларом?
Ведь мы Вас тогда взяли за доллар.
У меня не было техники.
А сейчас?
Сколько нужно?
Пара сотен миллионов.
Атце, двадцатифунтовые банкноты...
Продажная тварь.
Будь счастлив, что ты здесь, идиот.
Черт, черт, черт!
Может, дело не в негативе,
а в твоем желатине?
Негатив Соровича идеален, как всегда.
Но?
Я попал в концлагерь, потому что мы
с женой печатали антифашистские листовки.
Не хочу печатать для них деньги.
Слушай: семья, предприятие в Веддинге -
я старался не иметь проблем с властями,
всегда держался в стороне от политики...
Моя жена Гизела, говорила:
мы печатаем на станке правду.
Где вы выучили лозунги:
в коммунистическом союзе печатников,
в молодежной группе?
Сорович, если поставим производство доллара
на широкую ногу, то решим исход войны.
Тем самым мы победим нацистов -
и это не просто "символический жест".
Мы живы, и этого достаточно.
Я же сказал...
Ты думаешь только о своей шкуре.
Жизнь - все, что у нас осталось.
Зачем ты это делаешь: хочешь выжить или
доказать, что ты можешь подделать доллар?
Я и дальше буду портить твои негативы,
а ты можешь выдать меня Герцогу.
Если мы ничего не сделаем, нас накажут.
Нам всем придется заплатить.
Да. Да.
Вот свиньи! Какое дерьмо!
Варшава!
Ее освободили от фашистов!
Не прекращать работу!
Что, не получается доллар?
У нас проблемы с желатином,
господин хауптшарфюрер.
Фунт мы и без тебя сможем делать.
А без доллара ты никто.
Грязный еврейский преступник.
Мне наплевать на Герцога и его мотивацию.
Уж я бы нашел, как с вами справиться.
Вы грязные свиньи.
Вы сделаете все, чтобы спасти жизнь.
Отвратительно.
Плапплер, приведи мастера, умывальник
сломали, может, его можно отремонтировать.
Я спас вас тем, что смог сделать фунт.
Доктор Клингер сказал,
тебе надо хорошо питаться.
Зачем?
Ложку за экспрессионистов...
ложку за авангардистов...
Ешь, иначе получишь от меня.
Да, ты знаешь, как ладить с детьми.
Что с твоей семьей?
В лагере или погибла.
Если бы мы могли откупиться...
Четырнадцать - шесть,
шесть четырнадцать, подача Бургера.
Встать!
Встать и продолжать бег!
Что тут происходит?
Господин ротенфюрер, я хотел...
Чего Вы ждете?
Нет, прошу, не надо!
Солдат, вы с ума сошли?
Держите себя в руках!
Это что за идиот?
Ротный Вегенер, господин хауптшарфюрер.
Что вы тут расстрелялись.
Вдруг вы застрелите одного из моих евреев.
Играем.
Пятнадцать-шесть.
Это же концлагерь.
Здесь каждый день убивают по десятку.
Просто не слушай.
Шестнадцать-шесть.
Один из тысячи. Радуйся,
что мы стоим по эту сторону стены, Салли!
Салли!
Остановитесь.
Разделите их!
Успокойся.
Смотри!
Если ты не выживешь здесь?
Зачем тебе жить?
Сорович! Атце мне рассказал,
почему у нас нет никаких результатов.
Желатин, господин штурмбанфюрер.
Плавится...
Да, да, да
я уже слышал эту ложь от одного еврея.
Хотите устроить саботаж, Сорович?
Господин штурмбанфюрер, мы делаем...
Заткнись!
Не думайте, что вы незаменимы.
Итак, Берлин требует доллар.
Достоинство - пять.
Клингер, записывайте имена.
Если через четыре недели доллара не будет,
расстреляем пятерых, потом еще пятерых.
А, Сорович.
Сюда! А от вас я не откажусь.
Да, Клингер.
Карнавал! Я подумал, устроить веселый
праздник, музыка, танцы, кабаре, туда-сюда.
Наверняка найдется парочка талантливых ребят.
Господин штурмбанфюрер.
Я всегда делал все, что мог, а...
Он никого не убьет.
От него ждут