Поговорим о том, что твоя газета
затеяла против ''Паблик Транзит''.
Что мы можем использовать против них?
- Не вышел из школьного возраста?
- Меня исключили из школы, помните?
- Напомню тебе о том, что ты забыл.
- Да?
Ты один из самых крупных акционеров
этой компании.
Это два разных человека.
Как Чарльз Фостер Кейн, у которого
82 364 акции компании,
я знаю объемы своих авуаров.
Вы мне симпатичны.
Ч.Ф. Кейн - мошенник.
Его газету нужно изгнать из города.
Я не могу тратить время
на такую чушь.
Но я и издатель ''Инквайера''.
И по сему - это мой долг.
Мне приятно видеть,
как порядочные обычные люди,
зарабатывают свои кровные деньги.
Только потому, что их
не обкрадывают мошенники.
Раскрою Вам еще маленький секрет:
я тот кто это сделает.
У меня есть деньги и собственность.
Иначе кто-нибудь без денег
и собственности сделает это.
Чарльз, я думал, что сегодня увижу
твое заявление.
Неужели?
кажи честно, мой мальчик,
разумно продолжать выпуск газеты,
которая приноситтебе миллион
долларов убытка в год.
Вы правы, я потерял миллион долларов
в этом году,
еще миллион в следующем.
Мистер Тэтчер, даже при этом,
я буду вынужден закрыть газету
только через 60 лет.
Зимой 1929 года.
уважением к вышеназванным газетам,
Чарльз Фостер Кейн
отказывается от всяческого контроля
над с ними,
над их профсоюзами, а также
всеми другими газетами
и любого рода издательствами.
От имущественных претензий.
Мы разорены.
Нет наличности.
Я читал это, мистер Тэтчер.
Давайте подпишу и пойду домой.
Ты стар, чтобы называть меня так,
Чарльз.
Вы стары, чтобы называть по-другому.
Всегда были старым.
За это ''Тэтчер и компания'' согласны
выплачивать Ч.Ф. Кейну
пожизненно сумму...
Моя стипендия.
Ты продолжишь выпускать свои газеты.
Это только метод контроля.
Метод контроля.
Мы будем советоваться с тобой.
Этот кризис, я думаю, временный.
Есть шанс, что ты умрешь
более богатым, чем я.
Более богатым, чем родился.
Мы никогда не теряли
все заработанное.
Да, но Ваши методы...
Чарльз, ты никогда не делал
инвестиций,
а использовал деньги, чтобы...
Покупать вещи.
Покупать вещи.
Выбрать бы маме менее
надежного банкира.
Что ж.
Я высмеиваю тех, кто родился
в рубашке.
Мистер Берштайн,
не будь я так богат..., стал бы
по-настоящему великим человеком.
Ну, да?
Я сделал бы максимум возможного.
Кем бы хотел быть?
Тем, кого Вы ненавидите.
Прошу прошения, что Вы сказали?
- Вам пора, не так ли?
- Да, мэм.
Это редкая привилегия.
Нашли то, что искали?
Нет.
- Вы ведь не розовый бутон?
- Что?
- Ваша фамилия Дженкинс?
- Да, сэр.
Всем до свидания. Спасибо за помощь.
Председатель совета занятой человек?
Времени у меня полно.
Что Вас интересует?
Мистер Берштайн, мы думали,
если узнаем про его последние слова.
- Про розовый бутон.
- Может это... девушка.
Их было много в юности.
Не верится, познакомившись с
какой-то девушкой, через 50 лет...
О, Вы наивны, мистер...
мистер Томпсон.
Люди помняттакое,
о чем трудно догадаться.
Я, например,
в 1896 году переправлялся
на пароме в Джерси.
Навстречу плыл другой паром,
на котором я увидел девушку.
В белом платье и
с белым зонтиком от солнца.
Я видел ее секунду.
Она меня вообще не заметила.
Клянусь, не проходит и месяца,
как я вспоминаю ее.
кем еще встречались?
Я был в Атлантик-ити.
У Сьюзи?
Спасибо.
После его смерти я позвонил ей.
Кто-то ведь должен был.
Не сняла трубку.
обираюсь еще через пару дней.
Насчет розового бутона. Не расскажите
ли Вы мне все, что помните.
Вы с ним с самого начала.
Больше, чем с самого начала.
А теперь и после его конца.
Еще с кем-нибудь встречались?
Я познакомился с дневником
Уолтера Тэтчера.
Это самый большой кретин,
которого я встречал.
Он заработал кучу денег.
Немудрено, если вам только и нужно...
заработать кучу денег.
Например, Кейн.
Ему нужны были не деньги.
Тэтчер не понял его,
и я не всегда понимал.
Вам нужно повидать мистера Лиланда.
Это его близкий друг.
Вместе ходили в школу.
В