и снят в павильонах
компании "Сандрев".
Автор сценария и режиссер:
ИНГМАР БЕРГМАН
Роли исполняют:
ДОРИС СВЕДЛУНД
БИРГЕР МАЛЬМСТЕН,
ЭВА ХЕННИНГ
ХАССЕ ЭКМАН, СТИГ ОЛИН
ИРМА КРИСТЕНСЕН,
АНДЕРС ХЕНРИКСОН
МАРИАННА ЛЁФГРЕН,
БИБИ ЛИНДКВИСТ
КУРТ МАСРЕЛИЦ
Оператор фильма:
ГЁРАН СТРИНБЕГР
Композитор:
ЭРЛАНД ВОН КОХ
Мы полагаем, что с момента
пролога прошло,
по меньшей мере, шесть месяцев.
Да вот, кстати,
и Биргитта Каролина...
Биргитта!
- Как себя чувствуешь?
- Спасибо, хорошо.
- Идиотка!
- Извини.
- Не реви!
- Я не реву.
У тебя глаза на мокром месте!
Так что, нам как-то надо решить.
Все еще хочешь
возиться с ребенком?
Хочу.
Не задался ребенок что-то.
Как ты можешь говорить
так о нашем ребенке!
А откуда мне знать,
что это мой ребенок?
- Ты и так знаешь.
- Черта с два я знаю!
- Ну, вот, опять ты злой.
- Не ной, я сказал!
Я не ною.
Послушай. Это ошибка природы -
то, что ты залетела.
Должна бы ты понимать.
И только из-за своего упрямства
и каких-то дурацких идей
ты решила не избавляться
и оставить его.
Это потому, что я люблю тебя.
Ну, да, очень мило с твоей стороны.
Только если бы ты действительно
меня любила и не была эгоисткой,
то в первую очередь
подумала бы обо мне.
Что ты хочешь сказать?
Что хочу сказать?
Я считаю, что ты должна разрешить
нам с Линней заняться ребенком
и сделать так, как
мы считаем нужным.
Говори, говори! А я не собираюсь
влезать во все это.
Пусть каждый сам стирает
свое грязное белье.
Ну, подумай сама...,
ребенка надо зарегистрировать
у какого-нибудь пастора,
а он будет задавать массу
неприятных вопросов.
Кто отец, и чем он занимается,
и почему ты такая молодая?
А потом - раз! - и пожаловал
опекунский совет,
и вот тебя уже сажают, и начинается
одно сплошное дерьмо.
Все это ты уже говорил.
Ну, Биргитточка, ты должна понять,
что сейчас это уже серьезно.
Тебя посадят, а, может быть,
и меня вместе с тобой,
мы больше никогда не увидимся,
и это будет конец той радости,
которая у нас была.
Что ты хочешь с ним сделать?
Ничего.
- Ничего?
- Абсолютно ничего.
Но тогда я не понимаю...
Ну, дружочек, я только позабочусь
о ней, и ее больше не будет...
Да, бедняжка. Хотя, так
было бы лучше для нее.
Я никогда никому ее не отдам!
Тебе придется это сделать,
хочешь ты этого или нет,
когда в дело вмешаются власти.
Когда тебя уже никто
и спрашивать не будет.
А если я спрячусь где-нибудь,
и они никогда не найдут
меня - никогда, никогда...
Ты не знаешь полицию.
Будь умницей.
Ты же знаешь, как я тебя люблю.
А через несколько лет, когда
наши дела будут лучше,
мы пойдем и поженимся.
Ты сама знаешь, я много раз
тебе об этом говорил.
И тогда можешь иметь столько
детей, сколько хочешь.
Я же говорил тебе, ну, скажи,
говорил я тебе это?
Скажи.
Делай, как знаешь.
Гитточка моя...
Ну, разумеется, нам нужен
крупный план на них.
Павильон киностудии -
это храм нелепости,
и ты, Мартин, - главный ее жрец.
- А что же тогда газетная редакция?
- Это сердце времени.
Бедное время!
Между прочим, я разглядел
весь этот блеф.
Тебе только так кажется. Мой блеф -
настоящий, поэтому его нельзя разглядеть.
И намного опаснее твоего.
Однако, Грета, ты
здорово похорошела.
А тебе не нравится?
Ты подобна августовской
ночи с диким звездопадом.
Режиссер позволит отойти в сторонку
со звездой, чтобы взять у неё интервью?
Только если не будешь
заходить слишком далеко.
- Ты веселился, читая это?
- Да, но сегодня было тяжеловато...
Извини...
Мне кажется, ваши
с Томасом отношения
изменились не в лучшую сторону.
Отчего же?
В кинопавильоне так интересно.
Вы, как два сумасшедших -
каждый по-своему.
Все влюбленные кажутся
сумасшедшими.
Между прочим, он бравирует
своим пьянством.
За этим что-то кроется.
Ты знаешь - что?
- У нас будет проезд?
- Не думаю.
Я тоже.
Он самый настоящий фанфарон.
В нем нет ничего серьезного.
Ему нужны хорошая затрещина
и тяжелая работа,
чтобы он забыл про
все остальное. Вот и все.
А почему ты от