Чего?
- Выстави в проход ногу, приготовься.
- Пошёл ты. Нечего меня учить!
Здесь надо быть наготове.
Тогда, может, добежишь до первого бейса.
Первый Бейс...
Вот и ему имя нашлось.
- Хорошо на воздухе.
- Больно холодно.
Ничего. Нам полезно подвигаться.
На всё у тебя терпения хватает. Как такой
терпеливый в тюрягу попал - не пойму.
А ты настройся.
Тело упрятали, мозг на воле.
Только надо больше двигаться,
чтобы не загнуться.
- Смотри-ка, ты - учёный.
- Да, учёный.
- И мне учёным стать?
- А ты не смейся.
Сучьи птицы!
Сучьи птицы, не жрут под дождём.
Прилетят ещё.
А завтра мне свой хлеб отдашь?
Конечно. Внеси меня в свой список.
Ладно?
Спасибо.
Чего ты к этому психу прилип?
Сдался он тебе.
Не скажи, в этом вся его жизнь.
А личность уважать надо,
особенно в тюрьме.
Не так уж много нам здесь дано,
потому за крохи держимся. Понимаешь?
Ничего ты ещё не понимаешь.
Ладно, пошли.
- Фрэнк.
- Шлёп, шлёп, шлёп.
Чёрт, я весь промок!
Пришлю тебе счёт за стирку.
Ну что, Леоне?
Сыграем? Им одного не хватает.
Эй! Я к тебе обращаюсь!
Сучонок! Или тебя
лучше сучкой называть?
Заткни пасть! Язык подрежу!
Ах ты, сучья гнида,
я сейчас тебя урою!
Хорошо, можно и сыграть.
Много болтаешь.
- Пошли играть.
- Пошли.
А с тобой, сучонок, после поиграем.
Тебе ещё, Леоне?
Сполна получишь. Вставай, вставай!
Чёрт!
Что ж за игра такая?
Это не игра. Это урок.
- Может, чего сказать хочешь?
- Хочу.
- Ну говори.
- Пошёл ты!
Это твоя последняя игра!
Молись, Леоне.
Этой игры тебе не пережить!
Давай, Фрэнк, не дрейфь.
Вставай, рыло!
Фрэнк!
Держи его!
Отвали.
Ты из другой команды!
Вон за тех играешь.
Что так долго?
Тебе нужна помощь, а я решил
размяться. Назовём это игрой.
Ты - покойник, Леоне!
Меня-то за что?
Это тебе наука, сынок. Наука!
Чего разлёгся. Вставай!
Иди сюда, Леоне! Ну иди, сука!
Двое против одного?
Давай, Фрэнк!
Ладно!
Всё!
Ты - покойник!
На будущее: я прошу...
...ты отдаёшь.
Довольно, игра окончена!
По камерам!
Ты что, оглох?
Вставай, пошли.
Брось его! Ты кто, врач?
Сам дойдёт. В камеру!
Ну что, взгрели тебя?
Ступай в камеру, Леоне.
Локдаун через 10 минут. Всем
заключённым разойтись по камерам.
Меня не сломаешь.
Тебе работа нужна?
Нужна.
А ты и вправду петришь
в двигателях. Кто научил?
Старик один по фамилии Гулетти.
На улице меня подобрал. Мне было 14.
И научил не только стенки подпирать.
- А где все?
- Отдыхают. Теперь мастерская наша.
- Из-за него ты и бежал?
- Я не мог иначе.
А поначалу за что угодил?
Да как-то раз хулиганы вломились
в гараж и стали бить старика Гулетти.
Вся округа знала. И полиция.
Они были связаны с этой бандой,
потому не вмешивались. А я вмешался.
Когда дым рассеялся, бандитов
увезли в больницу...
...а мне дали полтора года в Тредморе.
За драку с отягчающими.
- От контрабандной не откажешься?
- Нет.
А я понял, почему тебя
Мраком прозвали. За рост.
- Солнце заслоняю?
- Точно.
У меня дружок был - гаванские сигары
мне доставал. Не это дерьмо.
- Может, когда-нибудь... когда-нибудь.
- Когда-нибудь.
- Но и эти ничего.
- Дешёвые, по крайней мере.
А там у тебя что?
Девочка моя.
Хорошо отделал.
- Я назвал её Мейбеллин.
- Привет, Мейбеллин.
- Она мне как родная дочь.
- Хороша.
Ну-ка, поглядим.
"Форд Мустанг В-8" 66-го года.
226 лошадиных сил.
- Когда последний раз перебирал?
- Да уж лет 16 не на ходу.
Сколько ребята ни бились -
всё без толку. Сам-то я жестянщик.
- Можно я попробую?
- Гиблое дело, Фрэнк.
Ничего гиблого нет,
пока не похоронишь.
Готовь надгробье, друг.
Надгробье готовь.
Полегче, полегче.
Ничего гиблого нет, пока
не похоронишь. Я же говорил.
Класс!
Тост. Прочтём стих с самого начала.
- Какой стих?
- Наш стих.
- Наш, тюремный. Все вместе сочинили.
- Вот оно что.
Когда в желудке подвело,
В мозгу снуют мыслишки.
Когда перепадёт бухло,
Мы режемся в картишки.
Коль смерть войдёт без стука
И нас поманит в ад,
То пусть начальник-сука
Нас поцелует в зад!
- Хороший стих.
-