ничего не сделала!
Ты уродливая и грязная,
вялая и у тебя плохой запах изо рта. Понимаешь?
Ковёр должен быть стерилизован.
Не сиди так, как будто изображаешь смерть.
Земля не взорвётся благодаря тебе,
или мне.
Я так больше не могу. Вот и всё.
Я пытался...
думать о других женщинах, когда занимался любовью с тобой.
О тех, кто хорошо пахнет,
кто молод, кто не такой дряхлый как ты,
но моё воображение не может управлять этим.
В конце-концов снова вижу тебя,
и мне хочется блевать,
это сбивает меня с толку.
А в чём твоя вина?
А ты кончал?
Да. И так постоянно.
Ты должно быть очень несчастлив, раз настолько ничтожен.
Прошу тебя, не начинай!
Знаю, что я совсем не заглядение.
Плохой запах изо рта - из-за язвы, ты знаешь об этом.
Раньше он тебя не беспокоил.
Ведь язва началась, еще когда твоя жена была жива.
Избавь меня от этих мелких деталей.
Заверяю тебя: мне это всегда было отвратительно.
После смерти Джулии я хотел облегчить свою боль
с кем-угодно, даже с коровой!
Проститутки слишком далеко отсюда,
а один раз в 2 месяца - мне недостаточно,
даже несмотря на то, что я верхом.
Поэтому не строй из себя мученицу и убирайся.
Почему ты лишь сейчас об этом заговорил?
А когда?
В госпитале я и забыл, как ты утомительна.
Человек становится сентиментальным, когда чувствует боль.
Уходи! Разве у тебя нет гордости?
С тобой ведь никто не сможет ужиться.
Это правда.
А если я совершу что-нибудь глупое?
Валяй!
Хотя меня бы это удивило. Только будь осторожна:
тебе может быть больно.
Знаю, я нелепо выгляжу.
В любом случае тебе будет всё равно.
Ну...
За что ты меня так ненавидишь?
За то, что помогала тебе вырастить мальчика?
За то, что воспитывала твою дочь
и ни слова не сказала об этом?
За то, что помогала тебе обманывать себя?
За то, что я слушала по твоему требованию, как ты любил Джулию,
когда все знали, что ты обращался с ней так же плохо, как со мной?
За то, что любила тебя, зная, что ты не выносишь,
когда тебя любят.
Именно!
А теперь давай. У меня есть работа.
Ты не можешь от меня так просто избавиться.
Кто будет делать всю грязную работу для тебя,
кто будет помогать тебе с детьми и с работой?
Ты ведь не считаешь так, как говоришь?
Ты хочешь узнать, как далеко ты можешь зайти:
"Проглотит ли она всё это? Могу я опустить её ещё ниже?"
Я тоже устала.
У меня два отсталых ребёнка: Карли и ты.
Ты - самый проблемный.
Боже мой, почему бы тебе просто не умереть?
В последний день года стояла хорошая погода.
Снежный пейзаж так ярко искрился,
что глазам было больно.
Никто из нас не подозревал,
что прошедший год был последним для эпохи мира,
а новый принесёт радикальные перемены,
величину которых мы не могли предвидеть.
Несмотря на странные события, которые нарушили покой деревни,
мы думали о всех нас, как о сплочённых одной верой,
и что жизнь в нашем обществе - Божья воля, а её ценность -
...в теле Христовом, что есть хлеб и вино.
Пусть время на подготовку для твоей конфирмации
будет счастливым
и духовно богатым.
Ты, Мартин,
с этого момента освобождаешься не только от этой ленты,
но и от ночных повязаний,
что хранили тебя от плодов соблазна в твоём молодом теле.
Я доверяю вам, мои любимые дети,
и желаю благоприятного и счастливого нового года.
Сразу после Пасхи, в последнюю неделю апреля
вернулась баронесса с детьми.
Её сопровождала новая няня.
Моя тайная надежда, что Ева вернётся сюда,
обрушилась.
Новая няня была итальянкой,
приехавшей с побережья Средиземного моря,
где баронесса и провела всю зиму.
Зиги!
Привет, Фердинанд!
Погоди!
Я спущусь!
Стой, Зиги! Увидитесь позже.
Хорошо, иди. Но не слишком долго.
Мари Луиза?
Где ты?
Внимание! Он идёт!
Тише вы!
Ради Бога! Тихо!
Тихо!!!
Что здесь происходит?
Почему вы до сих пор здесь?
У вас же урок богослужения сейчас!
Идите же!
А попрощаться?
До свидания, сэр!
До свидания, Пастор!
Простите, Пастор. Этого больше не повторится.
До свидания, Пастор.
До свидания.
Давайте помолимся.
Отче наш, сущий на небесах!