Залу Спортивной Славы Манитобы.
Здесь находится моя сестра
и, конечно, Фред Дансмор.
Эх, Фред, отчего Зал Славы
всегда выбирает такой тонкий лед,
чтоб воздвигать на нем
свои памятные колонны?
С тех пор, как я услышал о нем, Зал
Славы переезжал столько раз.
Каждый раз, как он переезжает в здание,
оно разоряется.
Он собирает свои фотографии и вымпелы
и бредет во сне к новому дому.
Я беспокоюсь о «Бее».
Всегда ли у него будут его покрывала,
которые носили команды моего отца,
знаменитые point bIankets
которые были валютой наших
охотников за мехом с 1670-го?
Городской совет, наверно, не может
снести это строение.
Они не осмелятся снова
совершить подобное убийство.
Хотя почему нет? Они убивали и
раньше, и они не раскаиваются.
Что, если они снова это сделают?
Что, если?
Проснись.
Ты должен еще один последний раз
сходить в любимый бассейн Шербрук,
на две трети уже закрытый.
Построенный в 1931-м как проект против
безработицы во время Депрессии,
он содержит вообще-то три
плавательных бассейна в одном здании,
правда, составленные вертикально
один над другим,
может быть, это - единственное
здание такого рода в мире.
Разделенные по полу...
разделенные по глубине.
Семьи плавали на главном уровне,
на уровне улицы.
На уровень глубже были девочки.
Только девочки.
И еще глубже, в глубочайшем
из глубоких подвалов,
были мальчики, только мальчики...
...в пару и влаге.
В пятом классе меня позвали
на субботнее купание в бани
мои однокашники, только для того,
чтобы, придя туда, я обнаружил,
что мои друзья даже не
собираются лезть в воду.
Вместо этого они разделись и целый день
выделывали курбеты в раздевалке.
Маленькие дикари в своем субботнем трансе
хотели, чтоб я тоже разделся,
окружили меня,
возбужденные от волнения,
и угрожали Опереть на меня
высокие арки потоков мочи,
если я не присоединюсь к ним
в их дурачествах...
С налитыми маленькими членами...
безволосыми.
Почему? Почему? Почему?
Почему мы просто не плавали?
Проходя к этому уровню мальчиков, -
бассейн под бассейном под бассейном, -
я всегда думал о Вилах под Вилами,
и мистическая энергия переполняла меня.
Что-то сдвигалось в моей груди все больше,
чем ниже я спускался, сдвиг энергии.
Всегда ходили слухи,
что в бассейн мальчиков
вода поступает прямо из Вил под Вилами.
Я этому верю.
Два нижних уровня бассейна
теперь закрыты, с 1966-го.
Почему?
Что, если? Что, если?
День Если! 19 февраля 1942-го.
На рассвете 5000 нацистов захватили
Виннипег и объявили военное положение.
Фашистские офицеры арестовывают Мэра Квина,
премьера Брэкена и весь кабинет министров.
Учителя и политики тоже заключены
в наш исторический тесный Форт Гарри,
который вдруг стал концлагерем
с развевающейся свастикой.
К утру Портаж Авеню уже переименована
в Гитлерштрассе.
Сам Виннипег переименован в Гиммлерштадт.
Граждане запуганы, измотаны и бесправны.
Что, если? Что, если? Что, если?
Говорите об ужасающей петле времени.
Для нас здесь в Виннипеге, где время
выделывает всякие штуки,
такая петля чудовищно вероятна.
5000 нацистов – это, вообще-то,
добровольцы Ротари Клуба
в костюмах, взятых напрокат в Голливуде,
и День Если – это большой успех,
чтоб запугать виннипегцев
колоссальными тратами на войну.
В виннипегцев слово «если» вселяет ужас.
В Виннипеге каждый день – День Если,
и нужно быть аккуратным,
пересаживаясь с поезда на поезд,
чтобы не попасть не на ту ветку,
чтобы вечно не кружить по петле.
Вот почему нужно не спать,
если на самом деле хочешь попасть
туда, куда, как ты думаешь,
идешь, к своему Хэппилэнду.
Потому что время, потому что
гневная природа этой древней земли,
играет еще одну шутку над тобой -
гневная природа.
Тут же стада прерий снова
восстают против нас.
С равнин Силвер Хейтса
поднимаются крики боли
спаривающихся тилинкти,
(быков-гомосексуалистов),
почитаемых индейцами-оджибве
за свой двойственный дух,
вызывающие страшное нашествие
быков в Хэппиленд,
они давят копытами площадку,
и