все начинаем.
Да.
Занимаем места.
О, Миллисент...
Затем я попросила его помочь мне.
Попросила дать
мне письмо в банк.
Он поднимает полотенце.
Нос у него красный,
а из глаз течёт.
Он выглядит ужасно. Говорит:
"Боюсь, у меня
сильный насморк."
Здорово.
Надеюсь, ты не заразилась.
Болея, ты всё не сделаешь.
Далее.
Затем он чихнул.
Миллисент, я такого чиха
не слышала никогда.
Началось всё с
огромного вдоха.
Подожди. Я покажу.
Я сказала, 'будь здрав.'
А он ответил, 'благодарить не буду,
ведь это к несчастью."
Надо было присмотреться к нему.
Тогда бы этого не случилось.
Но в наши дни
нас волнует только внешний вид,
а у него он был
просто прекрасный.
Э, мамбо-джамбо. Последнюю
строчку не произносят.
Что ж, думаю,
начало положено.
Нормально?
Просто отлично.
Хорошее чтение. Как состав?
Ты отлично их подобрал.
Девочка умница, не так ли?
Да, не так ли?
Передавай привет Роджеру, пока.
Прямо я б тебе этого не сказала,
так скажу твоему отражению.
Я скучала.
И я скучала, Иви.
Всё было как обычно.
Ездил на экскурсии,
изучал итальянский.
Много ходил в оперу.
Ты решил, чем ты
будешь заниматься?
Я хочу прекратить
жить, как на сцене.
Это ваш мир, не мой.
Он меня душит.
О чём ты?
Однажды, ещё ребёнком,
я стоял за кулисами и
смотрел, как ты выступаешь.
Сцена видимо была очень
трогательной,
потому что реветь я не переставал.
Ты прошла к тому краю,
где стоял я,
повернулась спиной к публике и сказала
своим обычным голосом:
Что за хрень сегодня
творит электрик с освещением!
И на том же вдохе,
с надрывом в голосе
ты продолжила играть.
Но это игра.
Если-- если
я буду чувствовать
всё, что я изображаю,
я сломаюсь.
У тебя своя пьеса для каждого.
Для слуг, для
папы, для всех.
Мне кажется, самой тебя просто нет.
Роджер!
Однажды ты мне что-то сказала,
уже неважно что,
но тем же вечером
ты то же произнесла на сцене.
Даже твои слова - это чьи-то реплики.
Всё, что я хочу-
чтоб ты был счастлив.
Поговори об этом
со своим отцом.
Отец ещё хуже, чем ты.
Но он, слава Богу, играет только одну роль -
роль самого красивого
мужчины Англии.
Ну так обсуди это
с одним из своих ровесников.
- С Томом, например.
- С Томом?
- Разве он тебе не нравится?
- Нет, не нравится.
Ты закончила с ним, правда?
Я...
похоже что так, наверное.
Хорошо. Он тебя не стоил.
Роджер, тебе не кажется, что я старею?
Нет, ты - нет.
Девушка Тома
в твоей пьесе, я слышал.
Кстати,
у неё интрижка с отцом.
Как твоя
кузина, Миллисент?
Я отвечала, что хорошо.
- Он...
-- Майкл,
я не могу так,
сидя перед ней на скамейке.
Всё-таки, это же сцена мисс Крайтон,
а я здесь слишком доминирую.
Ну, передвинься, но куда?
Туда, на табурет,
спиной к публике.
В этой сцене я просто слушатель
и это не правильно -
быть на равных
с мисс Крайтон.
Да я не против, мисс Ламберт.
Нет, нет, нет,
мне неловко. Как будто я скряга.
Майкл, а что если я буду там,
у края сцены?
Я буду сидеть лицом к качелям.
Передвигаться не надо.
Я остаюсь здесь
как раз до выхода мисс Крайтон.
Под несомненные
громовые овации, хм?
Ну, мне это
по душе.
Давайте с начала.
Как прошла беседа
с сэром Филиппом?
Это было прям как по Диккенсу.
У него был
ужаснейший--
Видишь? Так ведь лучше,
не правда ли?
Ну, вобще да,
если ты не возражаешь быть
там целых 10 минут.
Зачем мне возражать?
Я ж сама предложила.
Ниже. Ниже.
Вот так.
Это было прям как по Дикенсу.
У него была ужаснейшая
простуда.
И я говорю:
"Может мне придти в другой раз?"
А он говорит:
"Нет, нет, нет, нет."
Спасибо,
и затем давайте
весь свет, что у вас есть.
Тёмных комедий не бывает.
Долли, дорогая.
Как тут дела?
Прекрасно. Как Франция?
Прекрасно. Как Джулия?
Прекрасно. А новенькая?
- Мы готовы, М-р Госслин.
- Спасибо, мистер Турнбулл.
Долли, садись.
Спасибо, мисс Ламберт,
М-р Декстер, мисс Крайтон на сцену.
Майкл.
Я б сказал, что это слишком просто, Джулия.
Согласна, но есть две причины.
Во-первых, оно
идеально для быстрой смены,