удачливы.
Без удачи ничего не получится.
Я обещал сделать из вас человека.
Вы на хорошем пути.
Мы отбываем в штаб-квартиру. До
Потсдама будете моим адъютантом.
Благодарю, государь.
Утром рекогносцировка.
Вы в состоянии меня сопровождать?
- Несомненно, государь.
- Завтра в шесть.
Так держать, дети, так держать.
Кем вы приходитесь австрийскому
Тренку?
- Он мой двоюродный брат, государь.
- Значит в вашей семье
поджигатель.
Вы читали мои заметки, я слышал,
о ведении войны?
- Так точно, государь.
- Хотя они секретные?
Я хотел лучше усвоить успешную
стратегию моего короля.
Я каждое слово оттуда унесу с
собой в могилу, государь.
Рядом с вами у меня есть всё, о чём
может пожелать молодой человек.
Мне уже однажды это говорили.
Он был немного похож на вас.
- Кто, государь?
- Не желаете?
- Я никогда не пробовал.
- Попробуйте, это приятно.
Катте и я.
- Фон Катте?
- Да. Его обезглавили под моим окном.
Поскольку я хотел отвести взгляд,
мою голову держали два гренадёра.
Это бесчеловечно, государь.
Мой отец бил меня палкой перед
всеми посланниками,
и я умолял Катте помочь мне бежать
за границу.
- Он верно поступил, что помог вам.
- Отец счёл это предательством.
Король приказывает казнить, и что за
беда, если он одну из казней
увидит?
- Фриц!
- Амалия! Амалия! Амалия!
- Я так рада, что ты вернулся.
- А я было думал...
- Что с тобой?
- Рана навылет в левом плече.
О, Боже!
Эти фельдшеры - настоящие мясники.
Радуйся, что не началась горячка.
Скажи, Фриц, у тебя осталось хоть
одно место, где тебе не больно?
Да.
Господи. За доблесть.
- Это доказательство. Он тебя
любит.
- Да, я у него в милости.
Может попросить
о личной аудиенции? Ради нас.
Это будет твоим концом.
Как офицера и как человека.
Можно подумать, ты говоришь о
супруге, а не о брате.
Я для него равно сестра, супруга
и дочь.
Так он понимает свою роль главы
дома Гогенцоллернов.
Ах, Фриц.
Мы никогда не сможем жить, как
обычные люди.
Мне пора идти.
Через час подъём.
Иногда мне хочется, чтобы ты был
крестьянином, а я простой батрачкой.
До свидания.
- Я и не знал, что вы в увольнении.
- Я в нём не был. Вас это не
касается.
Кот выходил поохотиться?
- Поосторожнее, замок разбудите.
- Ну и что? Я-то в увольнении, Тренк.
Не устраивайте скандала и
исчезните.
Конец королевской протекции, если
дом Гогенцоллернов будет опорочен.
И мы можем это доказать. Я могу
вас уничтожить, Тренк. Признайте это.
Стойте же вы, трус! Или королевская
шлюха вытянула из вас все силы?
Пусть так.
- Рохов меня подкараулил у Амалии.
- Можно ожидать, что он донесёт.
Я швырну Фридриху под ноги всё
его добро.
- Ты бы мог сделать карьеру.
- Не здесь. Знаешь, что пишет мать?
Австрийский Тренк, Пандур, называет
меня единственным наследником.
А у него земли в Венгрии, настоящее
княжество. И ты полагаешь,
мне нужно выпрашивать подачки?
Тренк, я ничего не слышал, ясно?
Мы на войне, Пандур - наш враг.
Мой враг - король.
В тебе говорит темперамент.
Придётся подождать пока с тобой
можно будет говорить здраво.
Это просто превосходно, но я бы
хотел послушать ещё одну вариацию.
Это домашнее задание.
Оно уже выполнено.
Я должна вам сыграть?
Чудесно. Просто чудесно. Когда вы
это написали?
Ночью.
Мне плохо спится, Кирнбергер.
Ваше высочество, его величество.
Тренк дрался на дуэли с Роховым.
Амалия, пора положить этому конец.
Ты оскорбляешь здравый смысл
и мои чувства.
- Но почему?
- Я не желаю, этого довольно.
Нет, государь. Нет, нет.
Чего ты хочешь? Выйти за него
замуж?
Я придаю чести дома Гогенцоллернов
такое же значение, как и ты.
- Чего ты от меня ожидаешь?
- Чтобы ты меня понял.
Обе твои сестры вышли замуж.
В Европе есть и другие партии.
- Хочешь навязать мне замужество?
- Я мог бы!
Ты мог бы, да. Согласно семейному
праву, но только вопреки моей воле.
Государь.
- Это твоё последнее слово?
- Да.
Лейтенанта Фон Дер Тренка здесь не
принимать! И никаких писем! Ничего!
Да, ваше величество.
Тренк будет