посолиднее?
Поджарить пару яиц с ветчиной или
разогреть суп?
- Хватит бутербродов с пивом.
- Ладно.
Тебе привет от Петера и Катарины.
Они позвонят тебе в контору в понедельник.
Да, длинная и печальная история.
Бедняги.
Они действительно разводятся?
У меня такое чувство, что они и сами
не знают, чего хотят.
Ты находишь это странным?
Я просила их, чтобы каждый взял
адвоката. А они не хотят.
Ты не хочешь раздеться? Я принесу
поднос в спальню.
Нет, лучше здесь.
А я-то волновалась, что ты на меня
злишься.
Почему я должен злиться?
Я вчера вечером была не очень вежлива
с тобой.
Ах, это. Да нет, ничего.
Я сразу же перезвонила тебе, но ты,
видимо, уже отключил телефон.
Я вчера очень устал.
Весь день проторчал в институте с одной
персоной из департамента.
Я иногда поражаюсь, что за идиоты сидят
в государственных учреждениях...
...и определяют наши радости и горести.
И я вчера вечером вела себя по-глупому.
Я это признаю.
Давай забудем это.
Какой ты шутник! Никогда не хочешь о
чем-нибудь договорить до конца.
Не хочу показаться тебе нудной. Я только
хочу сказать тебе, что ты прав.
И я тоже права. По-своему.
Если ты не хочешь надевать смокинг,
это твое дело. Я согласна с тобой.
Но все-таки ты мог бы заказать себе новый.
И я имею право сказать это тебе.
Я не люблю смокинги. В нем я чувствую
себя неуютно. Как идиот.
В смокинге я чувствую себя как
напомаженная обезьяна.
Ты так и сказал. Ладно. Не будем снова
цапаться.
Я тебя люблю, даже если ты не хочешь
надевать смокинг.
Это несерьезная проблема в нашем
браке.
Но вчера вечером мне показалось именно
так.
Я же сказала, что не права.
Когда я смотрю, как ты ешь, мне тоже так
хочется, что я, пожалуй, тоже съем бутерброд.
Ничего не поделаешь. От голода даже
голова кружится.
Я за последнюю неделю похудела на
2 килограмма. Вот, посмотри. Заметно? Ну, как?
Нет.
Во всяком случае, заметно. Иногда я
нахожу, что все это бессмысленно.
Почему нельзя наслаждаться тем, что
есть на этом свете?
Подумать только, что можно быть большим
и толстым и всегда в хорошем настроении.
Помнишь тетю Мириам и дядю Давида?
Какие они были большие, толстые и
веселые!
Каждый вечер они ложились в свою
скрипучую кровать, держась за руки.
И были страшно довольны, что они такие
большие и толстые!
А почему мы не можем быть такими же,
как тетя Мириам и дядя Давид...
...и всегда излучать уверенность и
довольство?
Что это с тобой?
Тебе грустно? Что-нибудь случилось?
Что?
Скажи, что?
Я приехал сегодня вечером, чтобы
поговорить с тобой об одном деле.
Я влюбился, понимаешь?
Все это неслыханно смешно и, возможно,
чистое безумие. Да, очевидно, это безумие.
Я с ней познакомился в июне на конгрессе.
Она была переводчицей и секретарем.
Собственно, она еще студентка и
готовится к экзамену.
Она хочет быть преподавателем
славянских языков.
Она не представляет собой ничего
особенного.
Ты бы нашла ее даже дурнушкой.
Я не знаю, что из этого получится.
Я ничего не знаю. Я окончательно
запутался.
Конечно, я где-то доволен.
Хотя по отношению к тебе и детям
чувствую угрызения совести.
У нас ведь всегда все было хорошо.
То есть, не хуже и не лучше, чем у
других людей.
Ну, скажи что-нибудь, черт возьми!
Я не знаю, что сказать.
Ты, наверное, считаешь, что я поступил
плохо, что не рассказал тебе раньше.
Но я сам не знал, как все получится.
Я думал, возможно, что это пройдет, что это
только случайность. Я не хотел тебя волновать.
- Это так странно.
- Что странно?
Я ничего не понимала, не подозревала,
не замечала. Все было как обычно.
У нас стало даже гораздо лучше, чем раньше.
Ты был такой милый.
А я ходила вокруг, как верная дурочка,
и ничего не понимала.
Я ничего не видела. Черт возьми!
Нет, ты ничего не понимала. Ты никогда
не была особенно дальновидной.
- Что же нам теперь делать?
- Не знаю.
Ты хочешь развестись? Хочешь на ней
жениться?
А почему ты решил сказать об этом
сегодня вечером? К чему такая спешка?
Мы завтра днем уезжаем в